Матушкин Андрей Николаевич
Президент IAPD
Staff member
Private access level
Full members of NP "MOD"
THE FUTURE IS ONE FOR ALL.
Yarukhin Oleg Vladimirovich Vice President of the IAPD, Vice President of IPA (Russia), Director of the Police College.
Oleg Yarukhin, director of the St. Petersburg Police College, laureate of the St. Petersburg Government Prize for outstanding achievements in higher education and secondary vocational education in 2018, is dedicated to the danger of the growth of extremism among adolescents.
Let's finally face it. If adults continue to diligently pass over in silence the problems of the younger generation (on the principle of “figure it out themselves”), one day we risk waking up in a completely different country. With different orders, concepts and goals. Didn't the example of Ukraine convince anyone? Not horrified by the shots when teenagers in Odessa burned alive people in the House of Trade Unions? Thought our kids had a cruelty vaccine? But the facts show otherwise. The tragedy in Kerch that shook the whole world is just the tip of the iceberg. And it was necessary to ring the bells much earlier. Before, in the Krasnodar Territory, five juvenile thugs brutally killed a woman, a mother of five children. How three sisters Khachaturian stabbed their father. Earlier, the subculture of AUE - the "Urkagan" movement glorifying parasitism, theft and robbery, was massively introduced in schools, vocational schools, boarding schools almost throughout the country. Just go to your average school and talk to the guys. With a high percentage of probability, it turns out that there are small “gangs” of their own, terrorizing ordinary students with teachers “in the dark” who are simply afraid to interfere. This is the breeding ground on which extremism grows, which is already taking socially dangerous forms. It would be naive to believe that everything is limited to the amateur performance of hooligan teenagers. No, at first they are lured into the respective communities - through personal contacts, the Internet, social networks, etc., and then completely different forces manipulate them. When the investigators just started to dig up the case of the "Kerch shooter" Vladislav Roslyakov, it turned out that he wanted to leave for Donbass, looking for information on how to do it. And the question immediately arose: how could he himself, without a professional mentor, carry out this act of terrorism: make bombs, unnoticeably carry them into the technical school, set everything into action. Who was his ideological inspirer? Do his motives have anything to do with the confrontation between the fascists and "antifa" - two extremist organizations, the struggle between which in modern Russia is FUTURE ONE FOR ALL Yarukhin Oleg Vladimirovich Vice President of the MOD, Vice President of IPA (Russia), Director of the Police College. 11 especially acute? The answers have yet to be found. One thing is clear: this guy, like many others, was from a dysfunctional family, felt hounded by teachers and fellow students at the technical school, and was eager for revenge. And no one attached any importance to this.
Schools, colleges, vocational schools, in sociological terms, are generally a blank spot; we have absolutely no monitoring of relations between adolescents. Educational work, if carried out, is formal. The appearance of the reliability of individual students is often deceiving. Therefore, security is not only about installing metal detectors, panic buttons, but putting an armed guard in the place of the watchman. It is necessary to change the attitudes for the teaching staff. The salary of teachers now consists of many indicators, not only teaching hours, classroom leadership, seniority allowances, etc., but even the performances of students in competitions, the number of events held. But nowhere the most obvious is put at the forefront: ensuring the child's right to protect life, health, and human dignity! For this, teachers should be responsible first of all! They are obliged to create an atmosphere of intolerance in the school towards the facts of bullying, humiliation, moral pressure. And here I may say a seditious thing. If you do not know how to truly rally, unite the guys around you, attract their hearts to yourself, at least make sure they are afraid of you. Yes, this is far from the best legacy of the Soviet school, but excessive severity and discipline is preferable to connivance to arbitrariness. Each fact of such connivance should be regarded as a sign of incompetence, and form the basis of a separate trial in the teaching staff and in the department. I have heard plenty of stories from parents and children themselves that it is almost impossible to find justice for rapists at school, and even appeals to the police do not solve problems - therefore I am responsible for my words. A separate topic is about the psychological service at school. They had already tried to introduce it and themselves did not understand why, because they saw the role of the psychologist as optional - as a kind of free, and therefore ineffective psychotherapist, which is fundamentally wrong. Therefore, people who were unprepared for such work went to school. And the work of a psychologist is also an element of the security system. All over the world, in order to avoid terrorist attacks in crowded places, raids of psychologists are introduced on transport. Disguised as ordinary passengers, they simply walk through the waiting rooms or monitor the flow of people, say, on a subway escalator, using monitors. These are professionals trained to distinguish human emotions by facial expressions, gestures, and facial muscle tension. If someone arouses their suspicion, they signal to the security service, and its employees conduct a search. This approach turns out to be more effective than dogs and metal detectors. But if an expert on fleeting impressions may suspect that something was wrong, will he, constantly working at school, pass by the impending tragedy? Only for success, he does not need to sit in his office, but to actively communicate with the children, class teachers, attend lessons, view public pages on social networks, arrange informal conversations both in teams and with individual students, and help them overcome growing pains. There are a lot of children with psychological disabilities in schools now: I'm not talking about serious psychiatric diagnoses, but such phenomena as hyperexcitability, psychosthenia, and other psychoptological disorders are found everywhere. They can lead to antisocial behavior, for which the child's own guilt will not be so great: with proper treatment, all this can be corrected. The task of a school psychologist, I believe, is to direct such children to specialists to receive the necessary therapy. But such help in no way should lead to cleansing, segregation of children. The task, I repeat, is to help them adapt to their studies and the team. Now, retrospectively, they began to view Roslyakov's records on social networks. This is what he wrote: "Everyone I meet does not notice me." Or: “I hate getting up in the morning and then falling asleep again, knowing that tomorrow will be like today. This has been the case for 13 years. ” The guy was having terrible problems, but he had no one to share with. Yes, he acted monstrously, there can be no forgiveness for this, but to deny that the blame for what happened to him 12 is shared by the whole society, is to leave the field mined. Sooner or later, it will explode elsewhere. Adolescence is a very difficult age, in it the assessment from peers and parents becomes almost decisive, and the ability to overcome difficulties has not yet been developed. Meanwhile, it is the desire to compensate for their own failures, to gain status in society that gives rise to the desire for violence, aggression. This youth aggression in modern Russia is most often directed at those who are weaker, not ready to resist. But (remember the history of Russia, the People's Will) it can take on a political connotation, target the state with its police suppressive apparatus, that is, the stronger one. An extreme manifestation of this trend was the terrorist act committed with the help of an explosive device by a 17-year-old student of the Arkhangelsk Polytechnic College Mikhail Zhlobitsky in the building of the FSB Directorate for the Arkhangelsk Region. As a result, three people were injured, and the performer himself died, taking with him the names of those who inspired him to the monstrous action and helped to carry it out. The nonconformism of youth is used by protest movements, which are also led by certain forces. And the last thing. “Why,” they will ask me. - Are you against the fight against corruption, are you covering up shameless officials and oligarchs? No, I am an ardent opponent of such phenomena and never, even for the good of the cause, did not resort to such methods of solving problems. But I do not believe that corruption can be defeated by protest rallies. They are needed only to replace some embezzlers with others, with even greater appetites. But if society itself changes, if in broad public morality the word "thief" (and a corrupt official is a thief) acquires a contemptuous derogatory sound, then the earth will burn under the bribes. I believe and hope that the guys who study with us at the Police College participate in the movement "They take care of Russia", they received such an inoculation against predation and unprincipledness, and honor and dignity are not empty words for them.
Yarukhin Oleg Vladimirovich Vice President of the IAPD, Vice President of IPA (Russia), Director of the Police College.
Oleg Yarukhin, director of the St. Petersburg Police College, laureate of the St. Petersburg Government Prize for outstanding achievements in higher education and secondary vocational education in 2018, is dedicated to the danger of the growth of extremism among adolescents.
Let's finally face it. If adults continue to diligently pass over in silence the problems of the younger generation (on the principle of “figure it out themselves”), one day we risk waking up in a completely different country. With different orders, concepts and goals. Didn't the example of Ukraine convince anyone? Not horrified by the shots when teenagers in Odessa burned alive people in the House of Trade Unions? Thought our kids had a cruelty vaccine? But the facts show otherwise. The tragedy in Kerch that shook the whole world is just the tip of the iceberg. And it was necessary to ring the bells much earlier. Before, in the Krasnodar Territory, five juvenile thugs brutally killed a woman, a mother of five children. How three sisters Khachaturian stabbed their father. Earlier, the subculture of AUE - the "Urkagan" movement glorifying parasitism, theft and robbery, was massively introduced in schools, vocational schools, boarding schools almost throughout the country. Just go to your average school and talk to the guys. With a high percentage of probability, it turns out that there are small “gangs” of their own, terrorizing ordinary students with teachers “in the dark” who are simply afraid to interfere. This is the breeding ground on which extremism grows, which is already taking socially dangerous forms. It would be naive to believe that everything is limited to the amateur performance of hooligan teenagers. No, at first they are lured into the respective communities - through personal contacts, the Internet, social networks, etc., and then completely different forces manipulate them. When the investigators just started to dig up the case of the "Kerch shooter" Vladislav Roslyakov, it turned out that he wanted to leave for Donbass, looking for information on how to do it. And the question immediately arose: how could he himself, without a professional mentor, carry out this act of terrorism: make bombs, unnoticeably carry them into the technical school, set everything into action. Who was his ideological inspirer? Do his motives have anything to do with the confrontation between the fascists and "antifa" - two extremist organizations, the struggle between which in modern Russia is FUTURE ONE FOR ALL Yarukhin Oleg Vladimirovich Vice President of the MOD, Vice President of IPA (Russia), Director of the Police College. 11 especially acute? The answers have yet to be found. One thing is clear: this guy, like many others, was from a dysfunctional family, felt hounded by teachers and fellow students at the technical school, and was eager for revenge. And no one attached any importance to this.
Schools, colleges, vocational schools, in sociological terms, are generally a blank spot; we have absolutely no monitoring of relations between adolescents. Educational work, if carried out, is formal. The appearance of the reliability of individual students is often deceiving. Therefore, security is not only about installing metal detectors, panic buttons, but putting an armed guard in the place of the watchman. It is necessary to change the attitudes for the teaching staff. The salary of teachers now consists of many indicators, not only teaching hours, classroom leadership, seniority allowances, etc., but even the performances of students in competitions, the number of events held. But nowhere the most obvious is put at the forefront: ensuring the child's right to protect life, health, and human dignity! For this, teachers should be responsible first of all! They are obliged to create an atmosphere of intolerance in the school towards the facts of bullying, humiliation, moral pressure. And here I may say a seditious thing. If you do not know how to truly rally, unite the guys around you, attract their hearts to yourself, at least make sure they are afraid of you. Yes, this is far from the best legacy of the Soviet school, but excessive severity and discipline is preferable to connivance to arbitrariness. Each fact of such connivance should be regarded as a sign of incompetence, and form the basis of a separate trial in the teaching staff and in the department. I have heard plenty of stories from parents and children themselves that it is almost impossible to find justice for rapists at school, and even appeals to the police do not solve problems - therefore I am responsible for my words. A separate topic is about the psychological service at school. They had already tried to introduce it and themselves did not understand why, because they saw the role of the psychologist as optional - as a kind of free, and therefore ineffective psychotherapist, which is fundamentally wrong. Therefore, people who were unprepared for such work went to school. And the work of a psychologist is also an element of the security system. All over the world, in order to avoid terrorist attacks in crowded places, raids of psychologists are introduced on transport. Disguised as ordinary passengers, they simply walk through the waiting rooms or monitor the flow of people, say, on a subway escalator, using monitors. These are professionals trained to distinguish human emotions by facial expressions, gestures, and facial muscle tension. If someone arouses their suspicion, they signal to the security service, and its employees conduct a search. This approach turns out to be more effective than dogs and metal detectors. But if an expert on fleeting impressions may suspect that something was wrong, will he, constantly working at school, pass by the impending tragedy? Only for success, he does not need to sit in his office, but to actively communicate with the children, class teachers, attend lessons, view public pages on social networks, arrange informal conversations both in teams and with individual students, and help them overcome growing pains. There are a lot of children with psychological disabilities in schools now: I'm not talking about serious psychiatric diagnoses, but such phenomena as hyperexcitability, psychosthenia, and other psychoptological disorders are found everywhere. They can lead to antisocial behavior, for which the child's own guilt will not be so great: with proper treatment, all this can be corrected. The task of a school psychologist, I believe, is to direct such children to specialists to receive the necessary therapy. But such help in no way should lead to cleansing, segregation of children. The task, I repeat, is to help them adapt to their studies and the team. Now, retrospectively, they began to view Roslyakov's records on social networks. This is what he wrote: "Everyone I meet does not notice me." Or: “I hate getting up in the morning and then falling asleep again, knowing that tomorrow will be like today. This has been the case for 13 years. ” The guy was having terrible problems, but he had no one to share with. Yes, he acted monstrously, there can be no forgiveness for this, but to deny that the blame for what happened to him 12 is shared by the whole society, is to leave the field mined. Sooner or later, it will explode elsewhere. Adolescence is a very difficult age, in it the assessment from peers and parents becomes almost decisive, and the ability to overcome difficulties has not yet been developed. Meanwhile, it is the desire to compensate for their own failures, to gain status in society that gives rise to the desire for violence, aggression. This youth aggression in modern Russia is most often directed at those who are weaker, not ready to resist. But (remember the history of Russia, the People's Will) it can take on a political connotation, target the state with its police suppressive apparatus, that is, the stronger one. An extreme manifestation of this trend was the terrorist act committed with the help of an explosive device by a 17-year-old student of the Arkhangelsk Polytechnic College Mikhail Zhlobitsky in the building of the FSB Directorate for the Arkhangelsk Region. As a result, three people were injured, and the performer himself died, taking with him the names of those who inspired him to the monstrous action and helped to carry it out. The nonconformism of youth is used by protest movements, which are also led by certain forces. And the last thing. “Why,” they will ask me. - Are you against the fight against corruption, are you covering up shameless officials and oligarchs? No, I am an ardent opponent of such phenomena and never, even for the good of the cause, did not resort to such methods of solving problems. But I do not believe that corruption can be defeated by protest rallies. They are needed only to replace some embezzlers with others, with even greater appetites. But if society itself changes, if in broad public morality the word "thief" (and a corrupt official is a thief) acquires a contemptuous derogatory sound, then the earth will burn under the bribes. I believe and hope that the guys who study with us at the Police College participate in the movement "They take care of Russia", they received such an inoculation against predation and unprincipledness, and honor and dignity are not empty words for them.
![](/images/img/ru-RU.png)
БУДУЩЕЕ ОДНО НА ВСЕХ.
Ярухин Олег Владимирович Вице-президент IAPD, Вице-президент IPA(Россия), Директор Полицейского Колледжа.
Опасности роста экстремизма в подростковой среде посвящено острое выступление директора Санкт-Петербургского полицейского колледжа, лауреата премии Правительства Санкт-Петербурга за выдающиеся достижения в области высшего образования и среднего профессионального образования в 2018 году Олега Ярухина.
Давайте, наконец, посмотрим правде в глаза. Если и дальше взрослые будут старательно обходить молчанием проблемы подрастающего поколения (по принципу «сами разберутся»), однажды мы рискуем проснуться совсем в другой стране. С другими порядками, понятиями и целями. Неужели пример Украины никого не убедил? Не ужаснули кадры, когда подростки в Одессе жгли живьем людей в Доме профсоюзов? Думали, что у наших детей прививка против жестокости? Но факты свидетельствуют об обратном. Потрясшая весь мир трагедия в Керчи – только вершина айсберга. А надо было бить в колокола гораздо раньше. Раньше того, как в Краснодарском крае пятеро несовершеннолетних отморозков зверски убили женщину, мать пятерых детей. Как три сестры Хачатурян зарезали своего отца. Раньше того, как почти по всей территории страны в школах, ПТУ, интернатах массово внедрилась субкультура АУЕ – «уркаганского» движения, прославлающего тунеядство, воровство и грабежи. Да просто зайдите в среднестатистическую школу и поговорите с ребятами. С большим процентом вероятности выяснится, что там действуют собственные мелкие «банды», терроризирующие обычных учеников при пребывающих «в неведении» учителях, которые просто боятся вмешиваться. Это та питательная среда, на которой растет экстремизм, принимающий уже общественно опасные формы. Наивно полагать, что все ограничивается самодеятельностью хулиганствующих подростков. Нет, сначала их завлекают в соответствующие сообщества – через личные контакты, интернет, социальные сети и т.д., а потом уже ими жестко манипулируют совсем другие силы. Когда следователи только начали раскапывать дело о «керченском стрелке» Владиславе Рослякове, выяснилось, что он хотел уехать на Донбасс, искал информацию, как это сделать. И сразу возникал вопрос: как он смог сам, без профессионального наставника, осуществить этот теракт: сделать бомбы, незаметно пронести их в техникум, привести все в действие. Кто был его идейным вдохновителем? Имеют ли его побудительные мотивы какое-то отношение к противостоянию фашистов и «антифа» – двух экстремистских организаций, борьба между которыми в современной России идет БУДУЩЕЕ ОДНО НА ВСЕХ Ярухин Олег Владимирович Вице-президент МОД, Вице-президент IPA(Россия), Директор Полицейского Колледжа. 11 особенно остро? На это еще предстоит найти ответы. Ясно одно: этот парень, как и множество других, был из неблагополучной семьи, чувствовал себя затравленным преподавателями и соучениками по техникуму и жаждал реванша. И никто не придавал этому значения.
Школы, колледжи, ПТУ в социологическом плане вообще белое пятно, у нас напрочь отсутствует какой бы то ни было мониторинг отношений между подростками. Воспитательная работа если ведется, то формально. Видимость благонадежности отдельных учеников зачастую бывает обманчивой. Поэтому безопасность – не только в том, чтобы установить металлодетекторы, тревожные кнопки, а на место вахтера поставить вооруженного охранника. Надо изменить установки для педагогического состава. Зарплата учителей сейчас складывается из множества показателей, в счет идут не только учебные часы, классное руководство, надбавки за стаж и прочее, но даже выступления учащихся на конкурсах, количество проведенных мероприятий. Но нигде во главу угла не поставлено очевиднейшее: обеспечение права ребенка на защиту жизни, здоровья, человеческого достоинства! За это педагоги должны отвечать в первую очередь! Они обязаны создать в школе обстановку нетерпимости к фактам издевательств, унижений, морального прессинга. И здесь я, может, скажу крамольную вещь. Если не умеешь по-настоящему сплотить, объединить вокруг себя ребят, привлечь к себе их сердца, добейся, по крайней мере, чтобы тебя боялись. Да, это далеко не лучшее наследие советской школы, но предпочтительнее чрезмерная строгость и дисциплина, чем попустительство к произволу. Каждый факт такого попустительства должен расцениваться как признак профнепригодности, лечь в основу отдельного разбирательства в педагогическом коллективе и в роно. Я наслушался рассказов родителей и самих детей о том, что в школе найти управу на насильников практически невозможно, и даже обращения в милицию не решают проблемы – поэтому отвечаю за свои слова. Отдельная тема – о психологической службе в школе. Ее уже пробовали вводить и сами не поняли зачем, потому что видели роль психолога факультативной – как этакого бесплатного, а потому малоэффективного психотерапевта, что в корне неверно. Потому в школу и шли люди неподготовленные к такой работе. А работа психолога – это тоже элемент системы безопасности. Во всем мире во избежание терактов в людных местах, на транспорте вводятся рейды психологов. Они под видом обычных пассажиров просто ходят по залам ожидания или отслеживают за мониторами поток людей, скажем, на эскалаторе метро. Это профессионалы, натренированные на различение человеческих эмоций по мимике, жестикуляции, напряжению лицевых мышц. Если кто-то вызывает у них подозрение, они дают сигнал службе безопасности, и ее сотрудники проводят досмотр. Такой подход на поверку оказывается эффективнее и собак и металлодетекторов. Но если специалист по мимолетному впечатлению может заподозрить неладное, так неужели он, постоянно работая в школе, пройдет мимо назревающей трагедии? Только для успеха ему надо не в кабинете сидеть, а активно общаться с ребятами, классными руководителями, бывать на уроках, просматривать паблики в социальных сетях, устраивать неформальные беседы как в коллективах, так и с отдельными учениками, помогать им преодолевать болезни роста. В школах сейчас очень много детей с психологическими отклонениями: я не говорю о серьезных психиатрических диагнозах, но такие явления, как гипервозбудимость, психастения, другие психоптологические расстройства, встречаются повсеместно. Они могут приводить к асоциальному поведению, в чем собственно вина ребенка будет не так велика: при надлежащем лечении все это поддается коррекции. Задача школьного психолога, я считаю, направлять таких ребят к специалистам за получением необходимой терапии. Но такая помощь ни в коем случае не должна приводить к чистке, сегрегации детей. Задача, повторю, именно помочь им адаптироваться к учебе, коллективу. Сейчас задним числом стали просматривать в социальных сетях записи Рослякова. Вот что он писал: «Все, кого я встречаю, меня не замечают». Или: «Я вот ненавижу вставать по утрам, а потом снова засыпать, зная, что завтра будет как сегодня. Так уже 13 лет». У парня зрели жуткие проблемы, но ему не с кем было поделиться. Да, он поступил чудовищно, такому не может быть прощения, но отрицать, что вину за случившееся с ним 12 делит все общество, значит оставлять поле заминированным. Рано или поздно рванет в другом месте. Подростковый возраст очень сложный, в нем оценка со стороны сверстников, родителей приобретает чуть ли не решающее значение, а умения преодолевать трудности еще не наработано. Между тем, именно стремление к компенсации собственных неудач, обретения статуса в обществе и рождает желание насилия, агрессию. Эта молодежная агрессия в современной России чаще всего направлена на тех, кто слабее, не готов к отпору. Но (вспомним отечественную историю, народовольцев) она может принимать и политический оттенок, нацеливаться на государство с его полицейским подавляющим аппаратом, то есть на более сильного. Крайним проявлением такой тенденции стал теракт, совершенный с помощью взрывного устройства 17-летним студентом Архангельского политехнического техникума Михаилом Жлобицким в здании Управления ФСБ по Архангельской области. В результате трое человек получили ранения, а сам исполнитель погиб, унеся с собой имена тех, кто вдохновил его на чудовищную акцию и помог ее осуществить. Нонконформизм юношества используют протестные движения, которые тоже возглавили определенные силы. И последнее. «А что, – спросят меня. – Вы против борьбы с коррупцией, покрываете бессовестных чиновников и олигархов?» Нет, я ярый противник таких явлений и никогда, даже для пользы дела, не прибегал к подобным способам решения проблем. Но я не верю, что коррупцию можно победить митингами протеста. Они нужны только для того, чтобы на место одних казнокрадов пролезли другие, с еще большими аппетитами. Но если изменится само общество, если в широкой общественной морали слово «вор» (а коррупционер именно вор) приобретет презрительное уничижительное звучание, то под взяточниками загорится земля. Я верю и надеюсь, что ребята, которые учатся у нас в Полицейском колледже, участвуют в движении «Им беречь Россию», такую прививку от хищничества и беспринципности получили, а честь и достоинство для них не пустые слова.
Ярухин Олег Владимирович Вице-президент IAPD, Вице-президент IPA(Россия), Директор Полицейского Колледжа.
Опасности роста экстремизма в подростковой среде посвящено острое выступление директора Санкт-Петербургского полицейского колледжа, лауреата премии Правительства Санкт-Петербурга за выдающиеся достижения в области высшего образования и среднего профессионального образования в 2018 году Олега Ярухина.
Давайте, наконец, посмотрим правде в глаза. Если и дальше взрослые будут старательно обходить молчанием проблемы подрастающего поколения (по принципу «сами разберутся»), однажды мы рискуем проснуться совсем в другой стране. С другими порядками, понятиями и целями. Неужели пример Украины никого не убедил? Не ужаснули кадры, когда подростки в Одессе жгли живьем людей в Доме профсоюзов? Думали, что у наших детей прививка против жестокости? Но факты свидетельствуют об обратном. Потрясшая весь мир трагедия в Керчи – только вершина айсберга. А надо было бить в колокола гораздо раньше. Раньше того, как в Краснодарском крае пятеро несовершеннолетних отморозков зверски убили женщину, мать пятерых детей. Как три сестры Хачатурян зарезали своего отца. Раньше того, как почти по всей территории страны в школах, ПТУ, интернатах массово внедрилась субкультура АУЕ – «уркаганского» движения, прославлающего тунеядство, воровство и грабежи. Да просто зайдите в среднестатистическую школу и поговорите с ребятами. С большим процентом вероятности выяснится, что там действуют собственные мелкие «банды», терроризирующие обычных учеников при пребывающих «в неведении» учителях, которые просто боятся вмешиваться. Это та питательная среда, на которой растет экстремизм, принимающий уже общественно опасные формы. Наивно полагать, что все ограничивается самодеятельностью хулиганствующих подростков. Нет, сначала их завлекают в соответствующие сообщества – через личные контакты, интернет, социальные сети и т.д., а потом уже ими жестко манипулируют совсем другие силы. Когда следователи только начали раскапывать дело о «керченском стрелке» Владиславе Рослякове, выяснилось, что он хотел уехать на Донбасс, искал информацию, как это сделать. И сразу возникал вопрос: как он смог сам, без профессионального наставника, осуществить этот теракт: сделать бомбы, незаметно пронести их в техникум, привести все в действие. Кто был его идейным вдохновителем? Имеют ли его побудительные мотивы какое-то отношение к противостоянию фашистов и «антифа» – двух экстремистских организаций, борьба между которыми в современной России идет БУДУЩЕЕ ОДНО НА ВСЕХ Ярухин Олег Владимирович Вице-президент МОД, Вице-президент IPA(Россия), Директор Полицейского Колледжа. 11 особенно остро? На это еще предстоит найти ответы. Ясно одно: этот парень, как и множество других, был из неблагополучной семьи, чувствовал себя затравленным преподавателями и соучениками по техникуму и жаждал реванша. И никто не придавал этому значения.
Школы, колледжи, ПТУ в социологическом плане вообще белое пятно, у нас напрочь отсутствует какой бы то ни было мониторинг отношений между подростками. Воспитательная работа если ведется, то формально. Видимость благонадежности отдельных учеников зачастую бывает обманчивой. Поэтому безопасность – не только в том, чтобы установить металлодетекторы, тревожные кнопки, а на место вахтера поставить вооруженного охранника. Надо изменить установки для педагогического состава. Зарплата учителей сейчас складывается из множества показателей, в счет идут не только учебные часы, классное руководство, надбавки за стаж и прочее, но даже выступления учащихся на конкурсах, количество проведенных мероприятий. Но нигде во главу угла не поставлено очевиднейшее: обеспечение права ребенка на защиту жизни, здоровья, человеческого достоинства! За это педагоги должны отвечать в первую очередь! Они обязаны создать в школе обстановку нетерпимости к фактам издевательств, унижений, морального прессинга. И здесь я, может, скажу крамольную вещь. Если не умеешь по-настоящему сплотить, объединить вокруг себя ребят, привлечь к себе их сердца, добейся, по крайней мере, чтобы тебя боялись. Да, это далеко не лучшее наследие советской школы, но предпочтительнее чрезмерная строгость и дисциплина, чем попустительство к произволу. Каждый факт такого попустительства должен расцениваться как признак профнепригодности, лечь в основу отдельного разбирательства в педагогическом коллективе и в роно. Я наслушался рассказов родителей и самих детей о том, что в школе найти управу на насильников практически невозможно, и даже обращения в милицию не решают проблемы – поэтому отвечаю за свои слова. Отдельная тема – о психологической службе в школе. Ее уже пробовали вводить и сами не поняли зачем, потому что видели роль психолога факультативной – как этакого бесплатного, а потому малоэффективного психотерапевта, что в корне неверно. Потому в школу и шли люди неподготовленные к такой работе. А работа психолога – это тоже элемент системы безопасности. Во всем мире во избежание терактов в людных местах, на транспорте вводятся рейды психологов. Они под видом обычных пассажиров просто ходят по залам ожидания или отслеживают за мониторами поток людей, скажем, на эскалаторе метро. Это профессионалы, натренированные на различение человеческих эмоций по мимике, жестикуляции, напряжению лицевых мышц. Если кто-то вызывает у них подозрение, они дают сигнал службе безопасности, и ее сотрудники проводят досмотр. Такой подход на поверку оказывается эффективнее и собак и металлодетекторов. Но если специалист по мимолетному впечатлению может заподозрить неладное, так неужели он, постоянно работая в школе, пройдет мимо назревающей трагедии? Только для успеха ему надо не в кабинете сидеть, а активно общаться с ребятами, классными руководителями, бывать на уроках, просматривать паблики в социальных сетях, устраивать неформальные беседы как в коллективах, так и с отдельными учениками, помогать им преодолевать болезни роста. В школах сейчас очень много детей с психологическими отклонениями: я не говорю о серьезных психиатрических диагнозах, но такие явления, как гипервозбудимость, психастения, другие психоптологические расстройства, встречаются повсеместно. Они могут приводить к асоциальному поведению, в чем собственно вина ребенка будет не так велика: при надлежащем лечении все это поддается коррекции. Задача школьного психолога, я считаю, направлять таких ребят к специалистам за получением необходимой терапии. Но такая помощь ни в коем случае не должна приводить к чистке, сегрегации детей. Задача, повторю, именно помочь им адаптироваться к учебе, коллективу. Сейчас задним числом стали просматривать в социальных сетях записи Рослякова. Вот что он писал: «Все, кого я встречаю, меня не замечают». Или: «Я вот ненавижу вставать по утрам, а потом снова засыпать, зная, что завтра будет как сегодня. Так уже 13 лет». У парня зрели жуткие проблемы, но ему не с кем было поделиться. Да, он поступил чудовищно, такому не может быть прощения, но отрицать, что вину за случившееся с ним 12 делит все общество, значит оставлять поле заминированным. Рано или поздно рванет в другом месте. Подростковый возраст очень сложный, в нем оценка со стороны сверстников, родителей приобретает чуть ли не решающее значение, а умения преодолевать трудности еще не наработано. Между тем, именно стремление к компенсации собственных неудач, обретения статуса в обществе и рождает желание насилия, агрессию. Эта молодежная агрессия в современной России чаще всего направлена на тех, кто слабее, не готов к отпору. Но (вспомним отечественную историю, народовольцев) она может принимать и политический оттенок, нацеливаться на государство с его полицейским подавляющим аппаратом, то есть на более сильного. Крайним проявлением такой тенденции стал теракт, совершенный с помощью взрывного устройства 17-летним студентом Архангельского политехнического техникума Михаилом Жлобицким в здании Управления ФСБ по Архангельской области. В результате трое человек получили ранения, а сам исполнитель погиб, унеся с собой имена тех, кто вдохновил его на чудовищную акцию и помог ее осуществить. Нонконформизм юношества используют протестные движения, которые тоже возглавили определенные силы. И последнее. «А что, – спросят меня. – Вы против борьбы с коррупцией, покрываете бессовестных чиновников и олигархов?» Нет, я ярый противник таких явлений и никогда, даже для пользы дела, не прибегал к подобным способам решения проблем. Но я не верю, что коррупцию можно победить митингами протеста. Они нужны только для того, чтобы на место одних казнокрадов пролезли другие, с еще большими аппетитами. Но если изменится само общество, если в широкой общественной морали слово «вор» (а коррупционер именно вор) приобретет презрительное уничижительное звучание, то под взяточниками загорится земля. Я верю и надеюсь, что ребята, которые учатся у нас в Полицейском колледже, участвуют в движении «Им беречь Россию», такую прививку от хищничества и беспринципности получили, а честь и достоинство для них не пустые слова.