The story of Marianne Grin, who fled from Italy with four children from her “sadistic husband,” was more instructive than the family dramas of her friends in the misfortune of Rimma Salonen, Irina Belenkaya and others who had their children taken away by Western dads. Marianne Grin is a unique woman: for the first time when sharing children, the owner of a Russian passport so cleverly and competently used her homeland.
"The Marianne Grin Case" caused a diplomatic scandal. It began almost immediately, as soon as a woman and children left the ramp in Pulkovo, and has been smoldering for six months now.
Last September, in search of not so much a spouse as abducted children, an American citizen Michael McIlroth turned to the US Consulate General in St. Petersburg to department head Matthew Cottrell. In correspondence, they easily call each other Mike and Matt. And Matt informs Mike: your children arrived in Russia on August 27, 2011 with your mother on her Russian passport via a flight from Zagreb through Moscow, but I don’t know where they are now, we don’t see any activity in their St. Petersburg apartment. Attempts to get in touch with your wife will continue, if successful, let us know.
A runaway wife was Marianne Grin. US citizen, four-language Harvard graduate, lawyer, mother of four. The American is much more than Russian, because she left the USSR a long time ago, in childhood, with her mother. The woman is smart, tenacious and far-sighted. Take at least the St. Petersburg apartment, which the consular employee mentions in the letter: Marianne acquired it ahead of time, but for the time being rented it out.
Innocent tenants witnessed the fantastic zeal of American diplomats. The latter rushed into the apartment as soon as they saw the light in the windows. That is, they watched the apartment, which is clearly not included in the circle of their diplomatic powers in the territory of a foreign country. What happened after their invasion is described in different ways. The most radical version is offered by Marianne (according to the tenant, Marianne herself wasn’t at the scene, she stopped with friends): “They conducted an illegal search! They did not believe that the woman who opened the door was not me, they demanded to show the children, to give their documents , show the suitcases ... " Consular workers claim that they only politely asked to give a business card to the landlady and inquired about the data of the real estate agent. Representatives of the investigation, who conducted a check on the death statement of a frightened tenant, found out that the diplomats "carried out illegal collection of information about the life of a private person without his consent." In legal language, this can be called illegal operational-search activity, in vernacular - petty espionage. At the same time, the visitors turned out to make such a noise that the neighbors called the police. It is difficult to say what made the diplomats commit such violations. The US Consulate General refused to comment on the situation of Fontanka.
So family drama escalated into interstate conflict. The parties exchanged diplomatic notes. But even this will play into the hands of the citizen of both countries Marianne Grin.
The spy who nearly killed me
A thin woman in a sweatshirt and worn jeans was waiting for me in a cafe and warming her hands on a mug. If you do not know that she is the mother of four children, the eldest of whom is 15 years old, she herself can be mistaken for a teenager. Her story surprises, outrages, makes you empathize and resent. Later I find out that this is the first reaction of everyone to whom Marianne brings down her story. And who cannot or does not want to know the details.
“My husband Michael McIlroth is a very high-ranking person,” Marianne began, in a diligent voice, as if reading from a sheet. - Heads the court affairs of the oil and gas industry department of the largest corporation on Earth - General Electric ...
They got married when she was near 30, he was slightly over 30. After the birth of his first son, Michael offered to go to Italy, where he was supposed to conduct business as a General Electric lawyer. They lived there for 12 years, in Italy three more of their children were born.
“I had neither financial nor housing problems, I had a nanny and a housekeeper, we lived in a great climate,” complains Marianne Grin. - But I shot from idleness! I begged my husband to let me work, to let my children return to the USA ... And then he said: if you raise your head, you will not see the children.
She could not understand: why the husband does not let her go? Why doesn’t it allow to work? He said that he was never interested in children, he left home altogether, he had another woman. But as soon as the wife hinted that she wanted to leave, the nightmare began. The husband launched the divorce proceedings, managed to somehow influence the judge, the experts and every single witness, and custody of the children was awarded to him. However, the children did not want to live with dad, and then he began to beat them.
- He broke his elder son’s hand, hit his head on the middle wall! - reports Marianne.
Her husband says she was beaten so that she was almost blind in one eye. She shows terrifying pictures: a red swollen face, her upper lip is a bruise ...
Many times she applied to the Italian police with medical certificates, and there they started checking, dragged for months, and then handed over the files to the archive. Everyone, everyone around, sided with the "sadist"! And when when she, a US citizen, refused to believe even the American consulate in Florence, she realized the terrible ...
“I realized that my husband is not the one he pretends to be,” she lowered her voice, bowing a little to me. “He's a CIA agent!”
Lawyer and the devil
If you somehow imagine an American lawyer, then you represent 50-year-old Michael McIlroth. He could have starred in the movie about the New York State attorney, who he really is. And this handsome man helplessly twists his iPad and nervously pokes at the screen, sorting through the photos.
- See? This is the strawberry we grew with Ezra! - he speaks, speaks, speaks about his children in a monologue. - These are his bushes, we planted them together in our garden, he looked after, watered water and waited for the berries to turn red ... And here we are in the Alps with Elliot and Sarah. They love skiing so much ... Oh, here Elliot is very angry! Because Sarah overtook him. He took second place, and she - first! And here Sam collects olives, then we made real oil from them! And then Sarah with her little cousin, my sister's daughter. Sarah loves her. And Elliot wrote a book, I'm going to publish it. We created a website, placed chapters there, and children write reviews from all over the world! ..
I looked, listened, and could not understand: where, where is that sadistic father whom they promised to show me? He’s probably a good artist, this lawyer, he’s ready to start a tear ... But are there children, children in the pictures? They hang on dad, cling to him, laugh. Are these the very children whom he broke his hands and broke his heads? .. And I called the Italian school where these children studied.
- No, no, it is impossible for Mr. Makilroth to beat the children, I can’t imagine this, he is a very good father! - exclaimed teacher Yael, who worked with three older children. “They had such a friendly family, and the children are so smart, capable ...”
She was also echoed by the nanny of the children, Ukrainian Galina Vasilyashko, who worked for many years in this family.
- What are you, Michael never hit children! She gasped. - Of course I could punish. He said, for example: you won’t watch TV. Or he gave them 2 euros a week, this is a common thing, but in punishment he could deprive him of money.
Galya began to repeat how good her parents were, how Michael, who worked so hard, spent the whole weekend with his children, like Marianne, despite the work ...
Stop! I interrupted a woman: after all, Marianne complains that she did not work ...
“No, no, she worked almost all the time, albeit intermittently, because she gave birth to children, but then she went back to work,” Galya chattered innocently.
Michael McIlroth later showed me tax returns. Of these, it follows that 9 years out of twelve in Italy, Marianne Grin worked at General Electric, and at times earned more than her husband.
Of course, in such conflicts, everyone has their own truth, there are no absolutely right and guilty people. But I realized that I can’t still believe in a thin and teenager-like woman who was so helplessly warming her hands on a mug of coffee.
In war as in war
In July 2008, said Michael McIlroth, he, returning from another business trip, discovered oddities in his general health insurance with his wife. It turned out that Marianne presented the insurance company with bills for 10 psychotherapeutic sessions allegedly received by her spouse. Money, 10 thousand dollars, she asked to transfer to her account. Michael did not go to a psychotherapist, he conducted a small investigation and found out that bills for mythical medical services worth tens of thousands of dollars from his wife were put on stream. Among her “treating doctors” there was even a certain Elena Mikhelson from Petersburg with the cost of each session of 8 and a half thousand rubles (Fontanka did not find this doctor).
Why didn't the insurance company suspect something was wrong? Attorney McIlroth is heavily lucky. He could have come under suspicion of fraud, and then - goodbye, career.
“I am a lawyer, my father is a sheriff, my mother is a judge, and there are such things!” - the law-abiding American is afflicted.
Then he discovered that money had disappeared from their general account at Citibank (showing an extract).
But the American continued, "finished off" him, something else: looking through the documents of the insurance company, he found that his wife bought in huge quantities a strong tranquilizer - lorazepam. Michael was frightened: didn’t Marianne decide to use the medicine to solve problems in her elder’s behavior, which many teenagers have?
Family life has cracked completely. Michael filed for divorce and demanded sole custody of the children.
For Marianne, this was a blow: like any mother, she could not lose children. And here it is: in war - as in war, she fought for children like a tigress.
“I talked over the Internet with other mothers who have the same problem, and that helped me a lot,” she said.
Leaving Florence with her children, she left her papers in the apartment of Michael, in which she had recently lived. Among them, my husband found a printout from the Internet: if you can prove that you have become a victim of domestic violence, the court will definitely leave the children with you. In another paper, in a letter to Marianne's lawyer, Michael found the phrase: Italy is the only country where you can use the emergency room for legal purposes.
In fact, it was a description of military strategy. Marianne and her children became regulars at emergency rooms, pediatric doctors and police stations. But Italians stubbornly did not allow the use of emergency rooms for legal purposes. In the end, the police sent a letter to the juvenile prosecutor: Marianne Grin took the children to emergency departments dozens of times for two years, but the doctors did not find any pathologies, so the police suggest placing the children in a more relaxed environment for their psychological and emotional development .
One of the latest court decisions on Marianna’s statements (moreover, the woman made it) said: monitoring the family showed his father’s tendency to work with children to find the right way to overcome difficulties, as well as the fact that during the period when the children lived with their father , their behavior and performance improved. The behavior of the mother, the decision says, is often aimed at conflict with others. Similar observations were made by expert psychologists.
“Indeed, when the children lived with their father, they were cheerful, calm, and studied better,” teacher Yael confirms.
Marianne, meanwhile, presented photographs of her with a broken face. And she said that from the beating of her husband she loses her sight.
“This is very strange,” Yael wonders. - In those days, I saw Marianne, she came to school, but her face was completely normal. Don’t you think that this is makeup?
It turned out that the day before the “beating” Marianne visited a dermatologist. He prescribed her an ointment with a side effect: redness of the skin. Her appeal to the clinic about the eye yielded only one result: the doctor marked his conclusion with a note “unreliable patient”.
Lawyer Makilroth, who now has to defend himself from his wife’s accusations, found an old medical certificate - from the time when Marianne studied at Harvard. It turns out that her eye disease was found in her youth.
And the court gave the father custody of the children. For Italy, this is as exceptional as it is for Russia.
Florentine orphans
- My son recently had a birthday, but he did not even congratulate him! - convicts Marianne husband. - We are not hiding, he could come to Russia! But he writes letters to my friends: "Ah, I don’t know where the children are" ... Yes, this is all a theater! ..
I was waiting for Michael near the so-called school in which his sons are studying. He hoped to see children, dragged a full bag of gifts, stuck out in a photo salon for half a day - printed pictures from his iPad to give them to children, knocked down naughty mixed-sized leaflets - letters from school friends from Italy ...
The "school" turned out to be a "boarding house" - a kind of boarding school for troubled children, existing at the expense of charitable organizations. I promised not to give the address of this institution, in the end, the teachers are not to blame for the fact that Marianne Grin placed her children in them. Exactly in the same "guesthouse", only for girls, a daughter lives. The walls, lovingly painted with pink paint, poorly, but neatly, give soup in the dining room ... Mom visits the children, in the evenings they go to the pool together, but then she returns home, usually alone.
All this shocked Michael: his wife took the children away in order to be placed in an “institution”! So he put it.
- How?! Why?! Why should my children live there, are they orphans ?! They could live in our house, I specially rebuilt it so that each of the children had their own room! - He cannot calm down.
He cannot understand why Marianne sent the children to orphanages.
“She knows that I will act only according to the law, through the courts, so I do not believe that she hid the children so that I would not take them away,” he shakes his head. “I am afraid that in an unusual environment, children's behavior could become ... Difficult ... Maybe it is easier for her when they live in an institution?”
He could not meet with the children. Before my eyes they didn’t let him go beyond the threshold. In a private conversation, one of the teachers admitted: she understands that by law she must allow her father to see her children, but she does not want to go into conflict with Ms. Grin. The maximum that she agreed to is to give children gifts for past birthdays, photographs and letters.
On the way back, the American shone: in comparison with previous visits, when he took away gifts and letters back, there was a lot of progress.
Mum
In California, which is separated from St. Petersburg by 11 time zones, lives Marianne's mother - Inessa Grin. She is a Soviet journalist; in the 70s she left the USSR with her daughter. I called her so that at least someone would confirm the words of Marianne, since her friends in Italy did not want to do this.
I called apprehensively: in court, Marianne said that her mother did not get out of bed and suffered from Alzheimer's. But the witty and cheerful woman answered me. At 72 years old, she successfully mastered the computer, donated by her son - the younger brother of Marianne. We talked on Skype, and I saw this wonderful, sunny woman with a shock of gray hair. She calls her daughter in Russian - Maryana.
“After all, Mariyana once sued me,” she said sadly. - My son was 13 years old when she wanted to deprive me of parental rights to him. She said in some authorities that I did not feed her brother, but he was sleeping on the floor ... It was such a monstrous lie ... How bad it was for me then - you can’t tell. After all, at that time I helped the family of my ex-husband, from America sent his children clothes, money ... Then they wrote letters to me with gratitude ... And blame me for not feeding my own child! .. You know, she even found foster children for him parents. Pavlik still can’t forgive her ...
“Why did she need this lie?” - I was surprised.
“She is such a man,” she shrugged, wrapped in a scarf. - Here you say - Alzheimer's disease! And why did she say that? After all, for all the years after marriage, she never called me ...
To Russia, but without love
Arriving in Russia, Marianne talked a lot with reporters, appeared on television, and addressed all kinds of public organizations. And nowhere did anyone even think of doubting her words. With the exception of the Commissioner for Children's Rights, Svetlana Agapitova, who listened to both parents. In her apparatus, they did not take either the side of the mother or the side of the father. But to understand what is better for children is always difficult in such stories.
In Russia, Marianne Grinch is unconditionally believed for two reasons: she is mother and two are our citizen. And her children are our citizens. And it does not matter that they were born in the States and in Italy, it does not matter that they live in our country for several months, and their citizenship is a week without a year. By the way, a separate question is how Marianne, who left her homeland more than 30 years ago, managed to get a Russian passport. As you know, for those who constantly live in our country, this procedure is not simple, not too pleasant, and most importantly, a long one. For children, she registered citizenship with the written consent of Michael, who, of course, could not imagine how his wife uses it, and still bites her elbows.
This extraordinary woman knew what she was doing. She took into account all the mistakes made by friends in misfortune. Not only issued Russian passports, but even took care of an apartment in St. Petersburg. This cannot but cause admiration: she fought for the children. Ultimately, she will definitely win. But the victory will be ensured for her, alas, not so much by her human and maternal qualities as by her newly acquired citizenship and peculiarities of interpretation of laws in our country.
Michael Makilroth can fill a suitcase with decisions of Italian courts, but in Russia they will not execute them. We have no such practice. At the end of January, this was confirmed: the City Court of St. Petersburg rejected a US citizen Makilrot in a lawsuit in which he asked our country to enforce the decision of the Florence court on his sole custody of children. True, the wording was this: the Italian decision is temporary, that is, it does not belong to the category of those that are subject to execution on our territory. Say, it will be final - you are welcome.
“There is no such thing as sole custody in our legislation,” Maria Gruntova, lawyer for the children's ombudsman, explained to Fontanka. - There is a concept - the definition of the child’s place of residence. The court should proceed solely from the interests of children, but if the decision involves the expulsion of Russian citizens outside the country, the big question is whether it will be adopted.
According to all European laws, Marianne’s act is kidnapping. In May 2011, Russia acceded to the Hague Convention, according to which it should interpret it in the same way as abduction. Theoretically, children should be returned to their father. But Marianne is well aware that this will not happen in Russia.
“Yes, our country has acceded to the Convention, but it has not yet been put into effect,” said lawyer Maria Gruntova. - The mechanisms for the return of children to their place of residence are not prescribed, and the body that will deal with this has not been created.
Theoretically, Michael Makilroth can also take away children from Russia. If only in the trunk of the embassy car, as poor fellow Paavo Salonen did. And such an act will not be considered an abduction, because Michael has a decision of the Italian court on sole custody. But Marianne foresaw everything: it was not without reason that her children live in boarding schools under round-the-clock protection. Yes, and their father and children from Russia will not be released: Marianne has stocked up the corresponding paper from the border service.
And even the aforementioned diplomatic scandal will benefit Marianne Grin: it is unlikely that the American consulate will once again take the risk and turn up to help Michael McIlroth.
Choosing between mom and dad for children is a deliberately ungrateful and stupid occupation, it is clear that both are needed. But in stories like this one has to choose not so much between parents as between states. If the children of Marianne Grin are left with her in Russia, they will most likely be able to see their father very rarely or not at all. If they live with their father, then Marianne will return to Italy or to the States. Most likely, the children will then have both parents. Unless, of course, these two are able to agree with each other. But will Russian judges have the wisdom and courage to understand this?
Individual opinion (instead of postscript)
I foresee in advance the indignant remarks of our patriotic fellow citizens: about the "American" of the damned, about the brave Russian woman who exchanged Europe with America for our native aspen ...
I want to pay attention to this. "Amerikos" Michael Makilroth perceives Russia with obvious respect - as a civilized country, where disputes can only be resolved with the help of the court. That is why he patiently travels to St. Petersburg, sues, loses and sues again.
Judging by her actions, the Russian citizen Marianna Grin proceeds precisely from the fact that her precious homeland is a wild, stupid country, where they spit on laws, where journalists write under the dictation of someone who weeps louder. And so you can use your homeland as you wish.
Personally, who is prettier to you?
Irina Tumakova, "Fontanka.ru"
"The Marianne Grin Case" caused a diplomatic scandal. It began almost immediately, as soon as a woman and children left the ramp in Pulkovo, and has been smoldering for six months now.
Last September, in search of not so much a spouse as abducted children, an American citizen Michael McIlroth turned to the US Consulate General in St. Petersburg to department head Matthew Cottrell. In correspondence, they easily call each other Mike and Matt. And Matt informs Mike: your children arrived in Russia on August 27, 2011 with your mother on her Russian passport via a flight from Zagreb through Moscow, but I don’t know where they are now, we don’t see any activity in their St. Petersburg apartment. Attempts to get in touch with your wife will continue, if successful, let us know.
A runaway wife was Marianne Grin. US citizen, four-language Harvard graduate, lawyer, mother of four. The American is much more than Russian, because she left the USSR a long time ago, in childhood, with her mother. The woman is smart, tenacious and far-sighted. Take at least the St. Petersburg apartment, which the consular employee mentions in the letter: Marianne acquired it ahead of time, but for the time being rented it out.
Innocent tenants witnessed the fantastic zeal of American diplomats. The latter rushed into the apartment as soon as they saw the light in the windows. That is, they watched the apartment, which is clearly not included in the circle of their diplomatic powers in the territory of a foreign country. What happened after their invasion is described in different ways. The most radical version is offered by Marianne (according to the tenant, Marianne herself wasn’t at the scene, she stopped with friends): “They conducted an illegal search! They did not believe that the woman who opened the door was not me, they demanded to show the children, to give their documents , show the suitcases ... " Consular workers claim that they only politely asked to give a business card to the landlady and inquired about the data of the real estate agent. Representatives of the investigation, who conducted a check on the death statement of a frightened tenant, found out that the diplomats "carried out illegal collection of information about the life of a private person without his consent." In legal language, this can be called illegal operational-search activity, in vernacular - petty espionage. At the same time, the visitors turned out to make such a noise that the neighbors called the police. It is difficult to say what made the diplomats commit such violations. The US Consulate General refused to comment on the situation of Fontanka.
So family drama escalated into interstate conflict. The parties exchanged diplomatic notes. But even this will play into the hands of the citizen of both countries Marianne Grin.
The spy who nearly killed me
A thin woman in a sweatshirt and worn jeans was waiting for me in a cafe and warming her hands on a mug. If you do not know that she is the mother of four children, the eldest of whom is 15 years old, she herself can be mistaken for a teenager. Her story surprises, outrages, makes you empathize and resent. Later I find out that this is the first reaction of everyone to whom Marianne brings down her story. And who cannot or does not want to know the details.
“My husband Michael McIlroth is a very high-ranking person,” Marianne began, in a diligent voice, as if reading from a sheet. - Heads the court affairs of the oil and gas industry department of the largest corporation on Earth - General Electric ...
They got married when she was near 30, he was slightly over 30. After the birth of his first son, Michael offered to go to Italy, where he was supposed to conduct business as a General Electric lawyer. They lived there for 12 years, in Italy three more of their children were born.
“I had neither financial nor housing problems, I had a nanny and a housekeeper, we lived in a great climate,” complains Marianne Grin. - But I shot from idleness! I begged my husband to let me work, to let my children return to the USA ... And then he said: if you raise your head, you will not see the children.
She could not understand: why the husband does not let her go? Why doesn’t it allow to work? He said that he was never interested in children, he left home altogether, he had another woman. But as soon as the wife hinted that she wanted to leave, the nightmare began. The husband launched the divorce proceedings, managed to somehow influence the judge, the experts and every single witness, and custody of the children was awarded to him. However, the children did not want to live with dad, and then he began to beat them.
- He broke his elder son’s hand, hit his head on the middle wall! - reports Marianne.
Her husband says she was beaten so that she was almost blind in one eye. She shows terrifying pictures: a red swollen face, her upper lip is a bruise ...
Many times she applied to the Italian police with medical certificates, and there they started checking, dragged for months, and then handed over the files to the archive. Everyone, everyone around, sided with the "sadist"! And when when she, a US citizen, refused to believe even the American consulate in Florence, she realized the terrible ...
“I realized that my husband is not the one he pretends to be,” she lowered her voice, bowing a little to me. “He's a CIA agent!”
Lawyer and the devil
If you somehow imagine an American lawyer, then you represent 50-year-old Michael McIlroth. He could have starred in the movie about the New York State attorney, who he really is. And this handsome man helplessly twists his iPad and nervously pokes at the screen, sorting through the photos.
- See? This is the strawberry we grew with Ezra! - he speaks, speaks, speaks about his children in a monologue. - These are his bushes, we planted them together in our garden, he looked after, watered water and waited for the berries to turn red ... And here we are in the Alps with Elliot and Sarah. They love skiing so much ... Oh, here Elliot is very angry! Because Sarah overtook him. He took second place, and she - first! And here Sam collects olives, then we made real oil from them! And then Sarah with her little cousin, my sister's daughter. Sarah loves her. And Elliot wrote a book, I'm going to publish it. We created a website, placed chapters there, and children write reviews from all over the world! ..
I looked, listened, and could not understand: where, where is that sadistic father whom they promised to show me? He’s probably a good artist, this lawyer, he’s ready to start a tear ... But are there children, children in the pictures? They hang on dad, cling to him, laugh. Are these the very children whom he broke his hands and broke his heads? .. And I called the Italian school where these children studied.
- No, no, it is impossible for Mr. Makilroth to beat the children, I can’t imagine this, he is a very good father! - exclaimed teacher Yael, who worked with three older children. “They had such a friendly family, and the children are so smart, capable ...”
She was also echoed by the nanny of the children, Ukrainian Galina Vasilyashko, who worked for many years in this family.
- What are you, Michael never hit children! She gasped. - Of course I could punish. He said, for example: you won’t watch TV. Or he gave them 2 euros a week, this is a common thing, but in punishment he could deprive him of money.
Galya began to repeat how good her parents were, how Michael, who worked so hard, spent the whole weekend with his children, like Marianne, despite the work ...
Stop! I interrupted a woman: after all, Marianne complains that she did not work ...
“No, no, she worked almost all the time, albeit intermittently, because she gave birth to children, but then she went back to work,” Galya chattered innocently.
Michael McIlroth later showed me tax returns. Of these, it follows that 9 years out of twelve in Italy, Marianne Grin worked at General Electric, and at times earned more than her husband.
Of course, in such conflicts, everyone has their own truth, there are no absolutely right and guilty people. But I realized that I can’t still believe in a thin and teenager-like woman who was so helplessly warming her hands on a mug of coffee.
In war as in war
In July 2008, said Michael McIlroth, he, returning from another business trip, discovered oddities in his general health insurance with his wife. It turned out that Marianne presented the insurance company with bills for 10 psychotherapeutic sessions allegedly received by her spouse. Money, 10 thousand dollars, she asked to transfer to her account. Michael did not go to a psychotherapist, he conducted a small investigation and found out that bills for mythical medical services worth tens of thousands of dollars from his wife were put on stream. Among her “treating doctors” there was even a certain Elena Mikhelson from Petersburg with the cost of each session of 8 and a half thousand rubles (Fontanka did not find this doctor).
Why didn't the insurance company suspect something was wrong? Attorney McIlroth is heavily lucky. He could have come under suspicion of fraud, and then - goodbye, career.
“I am a lawyer, my father is a sheriff, my mother is a judge, and there are such things!” - the law-abiding American is afflicted.
Then he discovered that money had disappeared from their general account at Citibank (showing an extract).
But the American continued, "finished off" him, something else: looking through the documents of the insurance company, he found that his wife bought in huge quantities a strong tranquilizer - lorazepam. Michael was frightened: didn’t Marianne decide to use the medicine to solve problems in her elder’s behavior, which many teenagers have?
Family life has cracked completely. Michael filed for divorce and demanded sole custody of the children.
For Marianne, this was a blow: like any mother, she could not lose children. And here it is: in war - as in war, she fought for children like a tigress.
“I talked over the Internet with other mothers who have the same problem, and that helped me a lot,” she said.
Leaving Florence with her children, she left her papers in the apartment of Michael, in which she had recently lived. Among them, my husband found a printout from the Internet: if you can prove that you have become a victim of domestic violence, the court will definitely leave the children with you. In another paper, in a letter to Marianne's lawyer, Michael found the phrase: Italy is the only country where you can use the emergency room for legal purposes.
In fact, it was a description of military strategy. Marianne and her children became regulars at emergency rooms, pediatric doctors and police stations. But Italians stubbornly did not allow the use of emergency rooms for legal purposes. In the end, the police sent a letter to the juvenile prosecutor: Marianne Grin took the children to emergency departments dozens of times for two years, but the doctors did not find any pathologies, so the police suggest placing the children in a more relaxed environment for their psychological and emotional development .
One of the latest court decisions on Marianna’s statements (moreover, the woman made it) said: monitoring the family showed his father’s tendency to work with children to find the right way to overcome difficulties, as well as the fact that during the period when the children lived with their father , their behavior and performance improved. The behavior of the mother, the decision says, is often aimed at conflict with others. Similar observations were made by expert psychologists.
“Indeed, when the children lived with their father, they were cheerful, calm, and studied better,” teacher Yael confirms.
Marianne, meanwhile, presented photographs of her with a broken face. And she said that from the beating of her husband she loses her sight.
“This is very strange,” Yael wonders. - In those days, I saw Marianne, she came to school, but her face was completely normal. Don’t you think that this is makeup?
It turned out that the day before the “beating” Marianne visited a dermatologist. He prescribed her an ointment with a side effect: redness of the skin. Her appeal to the clinic about the eye yielded only one result: the doctor marked his conclusion with a note “unreliable patient”.
Lawyer Makilroth, who now has to defend himself from his wife’s accusations, found an old medical certificate - from the time when Marianne studied at Harvard. It turns out that her eye disease was found in her youth.
And the court gave the father custody of the children. For Italy, this is as exceptional as it is for Russia.
Florentine orphans
- My son recently had a birthday, but he did not even congratulate him! - convicts Marianne husband. - We are not hiding, he could come to Russia! But he writes letters to my friends: "Ah, I don’t know where the children are" ... Yes, this is all a theater! ..
I was waiting for Michael near the so-called school in which his sons are studying. He hoped to see children, dragged a full bag of gifts, stuck out in a photo salon for half a day - printed pictures from his iPad to give them to children, knocked down naughty mixed-sized leaflets - letters from school friends from Italy ...
The "school" turned out to be a "boarding house" - a kind of boarding school for troubled children, existing at the expense of charitable organizations. I promised not to give the address of this institution, in the end, the teachers are not to blame for the fact that Marianne Grin placed her children in them. Exactly in the same "guesthouse", only for girls, a daughter lives. The walls, lovingly painted with pink paint, poorly, but neatly, give soup in the dining room ... Mom visits the children, in the evenings they go to the pool together, but then she returns home, usually alone.
All this shocked Michael: his wife took the children away in order to be placed in an “institution”! So he put it.
- How?! Why?! Why should my children live there, are they orphans ?! They could live in our house, I specially rebuilt it so that each of the children had their own room! - He cannot calm down.
He cannot understand why Marianne sent the children to orphanages.
“She knows that I will act only according to the law, through the courts, so I do not believe that she hid the children so that I would not take them away,” he shakes his head. “I am afraid that in an unusual environment, children's behavior could become ... Difficult ... Maybe it is easier for her when they live in an institution?”
He could not meet with the children. Before my eyes they didn’t let him go beyond the threshold. In a private conversation, one of the teachers admitted: she understands that by law she must allow her father to see her children, but she does not want to go into conflict with Ms. Grin. The maximum that she agreed to is to give children gifts for past birthdays, photographs and letters.
On the way back, the American shone: in comparison with previous visits, when he took away gifts and letters back, there was a lot of progress.
Mum
In California, which is separated from St. Petersburg by 11 time zones, lives Marianne's mother - Inessa Grin. She is a Soviet journalist; in the 70s she left the USSR with her daughter. I called her so that at least someone would confirm the words of Marianne, since her friends in Italy did not want to do this.
I called apprehensively: in court, Marianne said that her mother did not get out of bed and suffered from Alzheimer's. But the witty and cheerful woman answered me. At 72 years old, she successfully mastered the computer, donated by her son - the younger brother of Marianne. We talked on Skype, and I saw this wonderful, sunny woman with a shock of gray hair. She calls her daughter in Russian - Maryana.
“After all, Mariyana once sued me,” she said sadly. - My son was 13 years old when she wanted to deprive me of parental rights to him. She said in some authorities that I did not feed her brother, but he was sleeping on the floor ... It was such a monstrous lie ... How bad it was for me then - you can’t tell. After all, at that time I helped the family of my ex-husband, from America sent his children clothes, money ... Then they wrote letters to me with gratitude ... And blame me for not feeding my own child! .. You know, she even found foster children for him parents. Pavlik still can’t forgive her ...
“Why did she need this lie?” - I was surprised.
“She is such a man,” she shrugged, wrapped in a scarf. - Here you say - Alzheimer's disease! And why did she say that? After all, for all the years after marriage, she never called me ...
To Russia, but without love
Arriving in Russia, Marianne talked a lot with reporters, appeared on television, and addressed all kinds of public organizations. And nowhere did anyone even think of doubting her words. With the exception of the Commissioner for Children's Rights, Svetlana Agapitova, who listened to both parents. In her apparatus, they did not take either the side of the mother or the side of the father. But to understand what is better for children is always difficult in such stories.
In Russia, Marianne Grinch is unconditionally believed for two reasons: she is mother and two are our citizen. And her children are our citizens. And it does not matter that they were born in the States and in Italy, it does not matter that they live in our country for several months, and their citizenship is a week without a year. By the way, a separate question is how Marianne, who left her homeland more than 30 years ago, managed to get a Russian passport. As you know, for those who constantly live in our country, this procedure is not simple, not too pleasant, and most importantly, a long one. For children, she registered citizenship with the written consent of Michael, who, of course, could not imagine how his wife uses it, and still bites her elbows.
This extraordinary woman knew what she was doing. She took into account all the mistakes made by friends in misfortune. Not only issued Russian passports, but even took care of an apartment in St. Petersburg. This cannot but cause admiration: she fought for the children. Ultimately, she will definitely win. But the victory will be ensured for her, alas, not so much by her human and maternal qualities as by her newly acquired citizenship and peculiarities of interpretation of laws in our country.
Michael Makilroth can fill a suitcase with decisions of Italian courts, but in Russia they will not execute them. We have no such practice. At the end of January, this was confirmed: the City Court of St. Petersburg rejected a US citizen Makilrot in a lawsuit in which he asked our country to enforce the decision of the Florence court on his sole custody of children. True, the wording was this: the Italian decision is temporary, that is, it does not belong to the category of those that are subject to execution on our territory. Say, it will be final - you are welcome.
“There is no such thing as sole custody in our legislation,” Maria Gruntova, lawyer for the children's ombudsman, explained to Fontanka. - There is a concept - the definition of the child’s place of residence. The court should proceed solely from the interests of children, but if the decision involves the expulsion of Russian citizens outside the country, the big question is whether it will be adopted.
According to all European laws, Marianne’s act is kidnapping. In May 2011, Russia acceded to the Hague Convention, according to which it should interpret it in the same way as abduction. Theoretically, children should be returned to their father. But Marianne is well aware that this will not happen in Russia.
“Yes, our country has acceded to the Convention, but it has not yet been put into effect,” said lawyer Maria Gruntova. - The mechanisms for the return of children to their place of residence are not prescribed, and the body that will deal with this has not been created.
Theoretically, Michael Makilroth can also take away children from Russia. If only in the trunk of the embassy car, as poor fellow Paavo Salonen did. And such an act will not be considered an abduction, because Michael has a decision of the Italian court on sole custody. But Marianne foresaw everything: it was not without reason that her children live in boarding schools under round-the-clock protection. Yes, and their father and children from Russia will not be released: Marianne has stocked up the corresponding paper from the border service.
And even the aforementioned diplomatic scandal will benefit Marianne Grin: it is unlikely that the American consulate will once again take the risk and turn up to help Michael McIlroth.
Choosing between mom and dad for children is a deliberately ungrateful and stupid occupation, it is clear that both are needed. But in stories like this one has to choose not so much between parents as between states. If the children of Marianne Grin are left with her in Russia, they will most likely be able to see their father very rarely or not at all. If they live with their father, then Marianne will return to Italy or to the States. Most likely, the children will then have both parents. Unless, of course, these two are able to agree with each other. But will Russian judges have the wisdom and courage to understand this?
Individual opinion (instead of postscript)
I foresee in advance the indignant remarks of our patriotic fellow citizens: about the "American" of the damned, about the brave Russian woman who exchanged Europe with America for our native aspen ...
I want to pay attention to this. "Amerikos" Michael Makilroth perceives Russia with obvious respect - as a civilized country, where disputes can only be resolved with the help of the court. That is why he patiently travels to St. Petersburg, sues, loses and sues again.
Judging by her actions, the Russian citizen Marianna Grin proceeds precisely from the fact that her precious homeland is a wild, stupid country, where they spit on laws, where journalists write under the dictation of someone who weeps louder. And so you can use your homeland as you wish.
Personally, who is prettier to you?
Irina Tumakova, "Fontanka.ru"
![](/images/img/ru-RU.png)
История Марианны Гринь, бежавшей из Италии с четырьмя детьми от "мужа-садиста", оказалась поучительнее, чем семейные драмы её подруг по несчастью Риммы Салонен, Ирины Беленькой и других, у кого западные папаши отнимали детей. Марианна Гринь – женщина уникальная: впервые при дележе детей обладательница российского паспорта так ловко и грамотно использовала родину.
"Дело Марианны Гринь" вызвало дипломатический скандал. Начался он почти сразу, как только женщина и дети сошли с трапа в Пулково, и тлеет уже полгода.
В минувшем сентябре в поисках не столько супруги, сколько похищенных детей, американский гражданин Майкл Макилрот обратился в Генеральное консульство США в Санкт-Петербурге к начальнику отдела Мэтью Коттреллу. В переписке они запросто называют друг друга Майк и Мэтт. И Мэтт информирует Майка: твои дети прибыли в Россию 27 августа 2011 года вместе с матерью по её российскому паспорту рейсом из Загреба через Москву, но где они находятся теперь – не знаю, в их петербургской квартире мы не видим никакой активности. Попытки войти в контакт с твоей женой продолжим, в случае успеха сообщим.
Беглой женой и была Марианна Гринь. Гражданка США, выпускница Гарварда, говорящая на четырёх языках, юрист, мать четырёх детей. Американка гораздо больше, чем русская, потому что из СССР она уехала давным-давно, в детстве, вместе с мамой. Женщина умная, цепкая и дальновидная. Взять хотя бы петербургскую квартиру, которую упоминает в письме консульский работник: Марианна приобрела её загодя, но до поры до времени сдавала в аренду.
Ни в чём не повинные арендаторы стали свидетелями фантастического усердия американских дипломатов. Последние нагрянули в квартиру, как только увидели свет в окнах. То есть за квартирой они следили, что явно не входит в круг их дипломатических полномочий на территории чужой страны. То, что происходило после их вторжения, описывают по-разному. Самую радикальную версию предлагает Марианна (со слов квартиросъемщицы, самой Марианны на месте событий не было, она остановилась у знакомых): "Они провели незаконный обыск! Не верили, что женщина, открывшая дверь, – не я, требовали предъявить детей, дать их документы, показать чемоданы…". Консульские работники утверждают, что лишь вежливо попросили передать визитную карточку хозяйке квартиры и поинтересовались данными агента по недвижимости. Представители следствия, которые проводили проверку по заявлению насмерть перепуганной квартиросъёмщицы, выяснили, что дипломаты "осуществляли незаконный сбор сведений о жизни частного лица без его согласия". На юридическом языке это можно назвать незаконной оперативно-разыскной деятельностью, в просторечье – мелким шпионажем. При этом визитёры, оказывается, подняли такой шум, что соседи вызвали полицию. Трудно сказать, что заставило дипломатов пойти на такие нарушения. В Генконсульстве США отказались прокомментировать ситуацию "Фонтанке".
Так семейная драма переросла в межгосударственный конфликт. Стороны обменялись дипломатическими нотами. Но даже это сыграет на руку гражданке обеих стран Марианне Гринь.
Шпион, который меня чуть не убил
Худенькая женщина в толстовке и потёртых джинсах ждала меня в кафе и грела руки о кружку. Если не знать, что она – мать четверых детей, старшему из которых 15 лет, её и саму можно принять за подростка. Её рассказ удивляет, возмущает, заставляет сопереживать и негодовать. Позже я узнаю, что такова первая реакция всех, на кого Марианна обрушивает свою историю. И кто не может или не хочет знать подробностей.
– Мой муж Майкл Макилрот – очень высокопоставленный человек, – прилежным голосом, словно читая с листа, начала Марианна. – Заведует судебными делами отдела нефтегазопромышленности самой большой корпорации на Земле – "Дженерал Электрик"…
Они поженились, когда ей было под 30, ему – слегка за 30. После рождения первого сына Майкл предложил ехать в Италию, где он должен был вести дела как юрист "Дженерал Электрик". Они прожили там 12 лет, в Италии родились еще трое их детей.
– У меня не было ни финансовых, ни жилищных проблем, у меня были няня и домработница, мы жили в отличном климате, – жалуется Марианна Гринь. – Но я стрелялась от безделья! Я умоляла мужа разрешить мне работать, позволить вернуться с детьми в США… И тогда он заявил: поднимешь голову – детей не увидишь.
Она не могла взять в толк: почему муж не отпускает её? Почему не разрешает работать? Детьми, говорит, он никогда не интересовался, вообще ушел из дома, у него появилась другая женщина. Но едва супруга заикнулась, что хочет уехать, начался кошмар. Муж запустил бракоразводный процесс, сумел как-то воздействовать на судью, на экспертов и на всех до единого свидетелей, и опеку над детьми присудили ему. Однако дети не хотели жить с папой, и тогда он стал их избивать.
– Он сломал руку старшему сыну, ударил головой о стену среднего! – сообщает Марианна.
Её, говорит, муж избил так, что она почти ослепла на один глаз. Она демонстрирует ужасающие фотоснимки: красное распухшее лицо, верхняя губа – сплошной синяк…
Много раз с медицинскими справками она обращалась в итальянскую полицию, а там затевали проверку, тянули месяцами, а потом сдавали дела в архив. Все, все вокруг вставали на сторону "садиста"! И вот когда ей, гражданке США, отказалось верить даже американское консульство во Флоренции, она осознала страшное…
– Я поняла, что мой муж – не тот, за кого себя выдает, – понизив голос, она чуть склоняется ко мне. – Он – агент ЦРУ!
Адвокат и дьявол
Если вы как-то представляете себе американского юриста, то вы представляете 50-летнего Майкла Макилрота. Он мог бы сниматься в фильме про адвоката штата Нью-Йорк, кем на самом деле и является. И вот этот красавец беспомощно крутит свой айпад и нервно тычет в экран, перебирая фотографии.
– Видите? Это клубника, которую мы выращивали с Эзрой! – он говорит, говорит, говорит о своих детях монологом. – Это его кусты, мы их вместе посадили в нашем саду, он ухаживал, поливал водой и ждал, когда ягоды покраснеют… А здесь мы в Альпах с Эллиотом и Сарой. Они так любят кататься на лыжах… О, тут Эллиот очень злой! Потому что Сара его обогнала. Он занял второе место, а она – первое! А здесь Сэм собирает оливки, мы потом делали из них настоящее масло! А тут Сара со своей маленькой кузиной, дочкой моей сестры. Сара её обожает. А Эллиот написал книгу, я собираюсь её опубликовать. Мы создали сайт, разместили там главы, и отзывы пишут дети со всех концов света!..
Я смотрела, слушала и не могла понять: а где, где тот папаша-садист, которого мне обещали показать? Наверное, он неплохой артист, этот адвокат, вон, аж слёзу пустить готов… Но дети-то, дети на снимках? Они висят на папе, льнут к нему, хохочут. Это те самые дети, которым он ломал руки и разбивал головы?.. И я позвонила в итальянскую школу, где эти дети учились.
– Нет-нет, это исключено, чтобы господин Макилрот бил детей, представить такого не могу, он очень хороший отец! – воскликнула учительница Яэль, которая работала с тремя старшими детьми. – У них была такая дружная семья, а дети такие умные, способные…
Ей вторила и няня детей, украинка Галина Василяшко, которая много лет работала в этой семье.
– Что вы, Майкл никогда детей не бил! – ахнула она. – Наказать, конечно, мог. Говорил, например: ты не будешь телевизор смотреть. Или вот он им давал по 2 евро в неделю, это здесь обычное дело, но в наказание мог лишить денег.
Галя стала твердить, какими хорошими родителями были её хозяева, как Майкл, который так много работал, все выходные проводил с детьми, как Марианна, несмотря на работу…
Стоп! Я перебила женщину: ведь Марианна жалуется, что не работала…
– Нет-нет, она работала почти все время, хоть и с перерывами, она ведь детей рожала, но потом снова шла работать, – простодушно затараторила Галя.
Позже Майкл Макилрот показал мне налоговые декларации. Из них следовало, что 9 лет из двенадцати в Италии Марианна Гринь работала в компании "Дженерал Электрик", временами зарабатывала больше, чем муж.
Конечно, в таких конфликтах у каждого – своя правда, нет безусловно правых и виноватых. Но я поняла, что уже не могу по-прежнему верить худенькой и похожей на подростка женщине, которая так беззащитно грела руки о кружку с кофе.
На войне как на войне
В июле 2008 года, рассказал Майкл Макилрот, он, вернувшись из очередной деловой поездки, обнаружил странности в их с женой общей медицинской страховке. Выяснилось, что Марианна предъявила страховой компании счета за 10 психотерапевтических сеансов, якобы полученных супругом. Деньги, 10 тысяч долларов, попросила перевести на её счет. Майкл не обращался к психотерапевту, он провел маленькое расследование и выяснил, что счета за мифические медуслуги на суммы в десятки тысяч долларов у жены были поставлены на поток. Среди её "лечащих врачей" была даже некая Елена Михельсон из Петербурга со стоимостью каждого сеанса в 8 с половиной тысяч рублей ("Фонтанка" не нашла этого доктора).
Почему в страховой компании не заподозрили неладное? Адвокату Макилроту крупно повезло. Под подозрение в мошенничестве мог попасть он, и тогда – прощай, карьера.
– Я адвокат, мой отец шериф, моя мама судья, а тут такие вещи! – сокрушается законопослушный американец.
Потом он обнаружил, что с их общего счета в Ситибанке (демонстрирует выписку) исчезли деньги.
Но "добило" его, продолжает американец, другое: просматривая документы страховой компании, он обнаружил, что жена закупала в огромном количестве сильный транквилизатор – лоразепам. Майкл испугался: не решила ли Марианна использовать лекарство для решения проблем в поведении старшего, какие бывают у многих подростков?
Cемейная жизнь треснула окончательно. Майкл подал на развод и потребовал единоличной опеки над детьми.
Для Марианны это было ударом: как всякая мать, потерять детей она не могла. И тут уж так: на войне – как на войне, за детей она сражалась, как тигрица.
– Я общалась через Интернет с другими мамами, у которых такая же проблема, и это мне очень помогло, – сообщила она.
Уезжая с детьми из Флоренции, она оставила в квартире Майкла, в которой жила в последнее время, свои бумаги. Среди них муж нашёл распечатку из Интернета: если вы сумеете доказать, что стали жертвой домашнего насилия, то суд обязательно оставит детей с вами. В другой бумаге, в письме Марианны адвокату, Майкл обнаружил фразу: Италия – единственная страна, где можно использовать травмпункт в юридических целях.
Фактически это было описание военной стратегии. Марианна с детьми стали завсегдатаями травмпунктов, детских врачей и полицейских участков. Но итальянцы упорно не давали использовать травмпункты в юридических целях. В конце концов, полиция обратилась с письмом к прокурору по делам несовершеннолетних: Марианна Гринь в течение двух лет десятки раз доставляла детей в отделения неотложной помощи, однако врачи не обнаруживали патологий, поэтому полиция предлагает поместить детей в более спокойную среду для их психологического и эмоционального развития.
В одном из последних судебных решений по заявлениям Марианны (причём выносила его женщина) сказано: наблюдение за семьёй показало склонность со стороны отца работать с детьми над поиском правильного пути к преодолению трудностей, а также тот факт, что в период, когда дети жили с отцом, улучшились их поведение и успеваемость. Поведение матери, говорится в решении, часто направлено на конфликт с окружающими. Подобные наблюдения сделали и эксперты-психологи.
- Действительно, когда дети жили с отцом, они были веселые, спокойные, учились лучше, - подтверждает учительница Яэль.
Марианна тем временем предъявила фотографии, на которых она изображена с разбитым лицом. И заявила, что от побоев мужа теряет зрение.
– Это очень странно, – удивляется Яэль. – В те дни я видела Марианну, она приходила в школу, но лицо у неё было совершенно нормальное. А вы не думаете, что это макияж?
Оказалось, что за день до "побоев" Марианна посещала дерматолога. Он выписал ей мазь, имеющую побочный эффект: покраснение кожи. Её обращение в клинику по поводу глаза дало только один результат: свое заключение врач снабдил пометкой "ненадёжный пациент".
Адвокат Макилрот, которому теперь приходится защищать самого себя от обвинений жены, нашёл старую медицинскую справку – ещё с тех времён, когда Марианна училась в Гарварде. Оказывается, заболевание глаза у неё нашли в юности.
И суд отдал отцу опеку над детьми. Для Италии это такое же исключительное явление, как для России.
Сироты флорентийские
– У сына недавно был день рождения, а он даже не поздравил его! – обличает Марианна мужа. – Мы не прячемся, он мог приехать в Россию! Но он пишет письма моим знакомым: "ах, я не знаю, где дети"… Да это всё театр!..
Я поджидала Майкла возле так называемой школы, в которой учатся его сыновья. Он надеялся увидеть детей, приволок полную сумку подарков, полдня торчал в фотосалоне – печатал снимки со своего айпада, чтоб отдать их детям, сбивал в стопку непослушные разнокалиберные листочки – письма от школьных друзей из Италии…
"Школа" оказалась "пансионом" – чем-то вроде интерната для проблемных детей, существующего на средства благотворительных организаций. Я обещала не называть адрес этого учреждения, в конце концов, воспитатели не виноваты, что Марианна Гринь поместила своих детей именно к ним. Точно в таком же "пансионе", только для девочек, живёт дочка. Стеночки, любовно выкрашенные розовой краской, бедненько, но чистенько, в столовой дают суп… Мама детей навещает, по вечерам они вместе ходят в бассейн, но домой она потом возвращается, как правило, одна.
Всё это потрясло Майкла: его жена увезла детей для того, чтобы поместить в "учреждение"! Так он выразился.
– Как?! Почему?! Почему мои дети должны жить там, разве они сироты?! Они могли жить в нашем доме, я специально перестроил его так, чтобы у каждого из детей была своя комната! – не может успокоиться он.
Он не может понять, зачем Марианна отдала детей в сиротские приюты.
- Она знает, что я буду действовать только по закону, через суды, поэтому я не верю, что она спрятала детей, чтобы я их не увёз, - качает он головой. – Я боюсь, что в непривычной обстановке поведение детей могло стать… Трудным… Может быть, ей проще, когда они живут в учреждении?
Встретиться с детьми он так и не смог. У меня на глазах его не пустили дальше порога. В частном разговоре одна из воспитательниц призналась: она понимает, что по закону должна разрешить отцу видеться с детьми, но на конфликт с госпожой Гринь идти не хочет. Максимум, на что она согласилась, – передать детям подарки на прошедшие дни рождения, фотографии и письма.
На обратном пути американец сиял: по сравнению с прошлыми приездами, когда подарки и письма он увозил обратно, налицо был большой прогресс.
Мама
В Калифорнии, которую от Петербурга отделяют 11 часовых поясов, живёт мама Марианны – Инесса Гринь. Она – советская журналистка, в 70-е годы уехала с дочерью из СССР. Я звонила ей, чтобы хоть кто-то подтвердил слова Марианны, раз этого не захотели делать её знакомые в Италии.
Звонила я с опаской: в суде Марианна заявила, что её мать не встаёт с постели и страдает болезнью Альцгеймера. Но мне ответила остроумная и веселая женщина. В свои 72 года она успешно осваивает компьютер, подаренный сыном – младшим братом Марианны. Общались мы по скайпу, и я видела эту чудесную, солнечную женщину с копной седых волос. Дочь она зовет по-русски – Марьяна.
– Марьяна ведь и со мной когда-то судилась, – грустно рассказала она. – Моему сыну было 13 лет, когда она захотела лишить меня родительских прав на него. Она заявила в каких-то органах, что я не кормлю её брата, а спит он на полу… Это было такое чудовищное враньё… Как мне было тогда плохо – вам не передать. Ведь я в то время помогала семье бывшего мужа, из Америки посылала его детям одежду, деньги… Они мне потом такие письма писали с благодарностью… И обвинить меня в том, что я собственного ребенка не кормлю!.. Знаете, она даже нашла ему приёмных родителей. Павлик до сих пор не может её простить…
– А зачем ей понадобилось это враньё? – удивилась я.
– Такой уж она человек, – пожала она плечами, укутанными в платок. – Вот вы говорите – болезнь Альцгеймера! А это она зачем сказала? Она ведь за все годы после замужества мне ни разу не позвонила…
В Россию, но без любви
Приехав в Россию, Марианна очень много общалась с журналистами, выступала по телевидению, обращалась во всевозможные общественные организации. И нигде никому даже в голову не пришло усомниться в её словах. За исключением разве что уполномоченного по правам ребёнка Светланы Агапитовой, которая выслушала обоих родителей. В её аппарате не стали принимать ни сторону матери, ни сторону отца. Но понять, что для детей лучше, в таких историях всегда непросто.
В России Марианне Гринь безоговорочно верят по двум причинам: она раз – мать, два – наша гражданка. И дети её – наши граждане. И неважно, что родились они в Штатах и в Италии, не важно, что в нашей стране живут несколько месяцев, а гражданству их – без году неделя. Кстати, отдельный вопрос, как Марианне, покинувшей родину больше 30 лет назад, удалось получить российский паспорт. Как известно, для тех, кто в нашей стране живёт постоянно, это процедура непростая, не слишком приятная, а главное – долгая. Для детей гражданство она оформила с письменного согласия Майкла, который, конечно, не мог предположить, как жена это использует, и до сих пор кусает локти.
Эта неординарная женщина знала, что делала. Она учла все ошибки, допущенные подругами по несчастью. Не только оформила российские паспорта, но даже позаботилась о квартире в Петербурге. Это не может не вызывать восхищения: она сражалась за детей. В конечном счете, она обязательно победит. Но победу ей обеспечат, увы, не столько её человеческие и материнские качества, сколько вновь приобретенное гражданство и особенности толкования законов в нашей стране.
Майкл Макилрот может набить чемодан решениями итальянских судов, но в России не будут их исполнять. Нет у нас такой практики. В конце января это подтвердилось: Городской суд Санкт-Петербурга отказал гражданину США Макилроту в иске, в котором тот просил нашу страну обеспечить исполнение решения суда Флоренции о его единоличной опеке над детьми. Правда, формулировка была такая: итальянское решение – временное, то есть не относится к категории таких, какие подлежат исполнению на нашей территории. Дескать, будет окончательное – милости просим.
– В нашем законодательстве нет такого понятия, как единоличная опека, – объяснила "Фонтанке" юрист аппарата детского омбудсмена Мария Грунтова. – Есть понятие – определение места жительства ребенка. Суд должен исходить исключительно из интересов детей, но если решение предполагает высылку российских граждан за пределы страны – большой вопрос, будет ли оно принято.
По всем европейским законам поступок Марианны – киднеппинг. В мае 2011 года Россия присоединилась к Гаагской конвенции, согласно которой должна трактовать это точно так же – как похищение. Теоретически детей должны вернуть к отцу. Но Марианна прекрасно понимает, что в России этого не произойдёт.
– Да, наша страна присоединилась к Конвенции, но в действие она пока не введена, – рассказала юрист Мария Грунтова. – Не прописаны механизмы возвращения детей на место жительства, не создан орган, который будет этим заниматься.
Теоретически Майкл Макилрот тоже может увезти детей из России. Хоть бы и в багажнике посольской машины, как это сделал бедолага Пааво Салонен. И такой поступок не будет считаться похищением, потому что у Майкла есть решение итальянского суда о единоличной опеке. Но Марианна всё предусмотрела: неспроста её дети живут в интернатах под круглосуточной охраной. Да и не выпустят отца с детьми из России: Марианна запаслась соответствующей бумагой из погранслужбы.
И даже упомянутый дипломатический скандал пойдет Марианне Гринь на пользу: вряд ли американское консульство еще раз рискнёт и сунется помогать Майклу Макилроту.
Выбирать между мамой и папой для детей – это заведомо неблагодарное и дурацкое занятие, понятно, что нужны оба. Но в таких историях, как эта, выбирать приходится не столько между родителями, сколько между государствами. Если детей Марианны Гринь оставят с ней в России, отца они, скорее всего, смогут видеть очень редко или не смогут видеть вообще. Если они будут жить с отцом, то Марианна вернётся в Италию или в Штаты. Скорей всего, у детей тогда будут оба родителя. Если, конечно, эти двое сумеют договориться друг с другом. Но хватит ли у российских судей мудрости и храбрости, чтобы понять это?
Особое мнение (вместо постскриптума)
Заранее предвижу возмущённые реплики наших патриотически настроенных сограждан: про "америкоса" проклятого, про храбрую русскую женщину, променявшую европы с америками на родные наши осинки…
Хочу обратить внимание вот на что. "Америкос" Майкл Макилрот воспринимает Россию с явным уважением – как цивилизованную страну, где споры можно решать только при помощи суда. Именно поэтому он терпеливо ездит в Петербург, судится, проигрывает и снова судится.
Российская гражданка Марианна Гринь, если судить по её поступкам, исходит как раз из того, что её драгоценная родина – страна дикая, неумная, где на законы поплёвывают, где журналисты пишут под диктовку того, кто громче рыдает. И поэтому родиной можно пользоваться, как угодно.
Лично вам кто симпатичнее?
Ирина Тумакова, "Фонтанка.ру"
"Дело Марианны Гринь" вызвало дипломатический скандал. Начался он почти сразу, как только женщина и дети сошли с трапа в Пулково, и тлеет уже полгода.
В минувшем сентябре в поисках не столько супруги, сколько похищенных детей, американский гражданин Майкл Макилрот обратился в Генеральное консульство США в Санкт-Петербурге к начальнику отдела Мэтью Коттреллу. В переписке они запросто называют друг друга Майк и Мэтт. И Мэтт информирует Майка: твои дети прибыли в Россию 27 августа 2011 года вместе с матерью по её российскому паспорту рейсом из Загреба через Москву, но где они находятся теперь – не знаю, в их петербургской квартире мы не видим никакой активности. Попытки войти в контакт с твоей женой продолжим, в случае успеха сообщим.
Беглой женой и была Марианна Гринь. Гражданка США, выпускница Гарварда, говорящая на четырёх языках, юрист, мать четырёх детей. Американка гораздо больше, чем русская, потому что из СССР она уехала давным-давно, в детстве, вместе с мамой. Женщина умная, цепкая и дальновидная. Взять хотя бы петербургскую квартиру, которую упоминает в письме консульский работник: Марианна приобрела её загодя, но до поры до времени сдавала в аренду.
Ни в чём не повинные арендаторы стали свидетелями фантастического усердия американских дипломатов. Последние нагрянули в квартиру, как только увидели свет в окнах. То есть за квартирой они следили, что явно не входит в круг их дипломатических полномочий на территории чужой страны. То, что происходило после их вторжения, описывают по-разному. Самую радикальную версию предлагает Марианна (со слов квартиросъемщицы, самой Марианны на месте событий не было, она остановилась у знакомых): "Они провели незаконный обыск! Не верили, что женщина, открывшая дверь, – не я, требовали предъявить детей, дать их документы, показать чемоданы…". Консульские работники утверждают, что лишь вежливо попросили передать визитную карточку хозяйке квартиры и поинтересовались данными агента по недвижимости. Представители следствия, которые проводили проверку по заявлению насмерть перепуганной квартиросъёмщицы, выяснили, что дипломаты "осуществляли незаконный сбор сведений о жизни частного лица без его согласия". На юридическом языке это можно назвать незаконной оперативно-разыскной деятельностью, в просторечье – мелким шпионажем. При этом визитёры, оказывается, подняли такой шум, что соседи вызвали полицию. Трудно сказать, что заставило дипломатов пойти на такие нарушения. В Генконсульстве США отказались прокомментировать ситуацию "Фонтанке".
Так семейная драма переросла в межгосударственный конфликт. Стороны обменялись дипломатическими нотами. Но даже это сыграет на руку гражданке обеих стран Марианне Гринь.
Шпион, который меня чуть не убил
Худенькая женщина в толстовке и потёртых джинсах ждала меня в кафе и грела руки о кружку. Если не знать, что она – мать четверых детей, старшему из которых 15 лет, её и саму можно принять за подростка. Её рассказ удивляет, возмущает, заставляет сопереживать и негодовать. Позже я узнаю, что такова первая реакция всех, на кого Марианна обрушивает свою историю. И кто не может или не хочет знать подробностей.
– Мой муж Майкл Макилрот – очень высокопоставленный человек, – прилежным голосом, словно читая с листа, начала Марианна. – Заведует судебными делами отдела нефтегазопромышленности самой большой корпорации на Земле – "Дженерал Электрик"…
Они поженились, когда ей было под 30, ему – слегка за 30. После рождения первого сына Майкл предложил ехать в Италию, где он должен был вести дела как юрист "Дженерал Электрик". Они прожили там 12 лет, в Италии родились еще трое их детей.
– У меня не было ни финансовых, ни жилищных проблем, у меня были няня и домработница, мы жили в отличном климате, – жалуется Марианна Гринь. – Но я стрелялась от безделья! Я умоляла мужа разрешить мне работать, позволить вернуться с детьми в США… И тогда он заявил: поднимешь голову – детей не увидишь.
Она не могла взять в толк: почему муж не отпускает её? Почему не разрешает работать? Детьми, говорит, он никогда не интересовался, вообще ушел из дома, у него появилась другая женщина. Но едва супруга заикнулась, что хочет уехать, начался кошмар. Муж запустил бракоразводный процесс, сумел как-то воздействовать на судью, на экспертов и на всех до единого свидетелей, и опеку над детьми присудили ему. Однако дети не хотели жить с папой, и тогда он стал их избивать.
– Он сломал руку старшему сыну, ударил головой о стену среднего! – сообщает Марианна.
Её, говорит, муж избил так, что она почти ослепла на один глаз. Она демонстрирует ужасающие фотоснимки: красное распухшее лицо, верхняя губа – сплошной синяк…
Много раз с медицинскими справками она обращалась в итальянскую полицию, а там затевали проверку, тянули месяцами, а потом сдавали дела в архив. Все, все вокруг вставали на сторону "садиста"! И вот когда ей, гражданке США, отказалось верить даже американское консульство во Флоренции, она осознала страшное…
– Я поняла, что мой муж – не тот, за кого себя выдает, – понизив голос, она чуть склоняется ко мне. – Он – агент ЦРУ!
Адвокат и дьявол
Если вы как-то представляете себе американского юриста, то вы представляете 50-летнего Майкла Макилрота. Он мог бы сниматься в фильме про адвоката штата Нью-Йорк, кем на самом деле и является. И вот этот красавец беспомощно крутит свой айпад и нервно тычет в экран, перебирая фотографии.
– Видите? Это клубника, которую мы выращивали с Эзрой! – он говорит, говорит, говорит о своих детях монологом. – Это его кусты, мы их вместе посадили в нашем саду, он ухаживал, поливал водой и ждал, когда ягоды покраснеют… А здесь мы в Альпах с Эллиотом и Сарой. Они так любят кататься на лыжах… О, тут Эллиот очень злой! Потому что Сара его обогнала. Он занял второе место, а она – первое! А здесь Сэм собирает оливки, мы потом делали из них настоящее масло! А тут Сара со своей маленькой кузиной, дочкой моей сестры. Сара её обожает. А Эллиот написал книгу, я собираюсь её опубликовать. Мы создали сайт, разместили там главы, и отзывы пишут дети со всех концов света!..
Я смотрела, слушала и не могла понять: а где, где тот папаша-садист, которого мне обещали показать? Наверное, он неплохой артист, этот адвокат, вон, аж слёзу пустить готов… Но дети-то, дети на снимках? Они висят на папе, льнут к нему, хохочут. Это те самые дети, которым он ломал руки и разбивал головы?.. И я позвонила в итальянскую школу, где эти дети учились.
– Нет-нет, это исключено, чтобы господин Макилрот бил детей, представить такого не могу, он очень хороший отец! – воскликнула учительница Яэль, которая работала с тремя старшими детьми. – У них была такая дружная семья, а дети такие умные, способные…
Ей вторила и няня детей, украинка Галина Василяшко, которая много лет работала в этой семье.
– Что вы, Майкл никогда детей не бил! – ахнула она. – Наказать, конечно, мог. Говорил, например: ты не будешь телевизор смотреть. Или вот он им давал по 2 евро в неделю, это здесь обычное дело, но в наказание мог лишить денег.
Галя стала твердить, какими хорошими родителями были её хозяева, как Майкл, который так много работал, все выходные проводил с детьми, как Марианна, несмотря на работу…
Стоп! Я перебила женщину: ведь Марианна жалуется, что не работала…
– Нет-нет, она работала почти все время, хоть и с перерывами, она ведь детей рожала, но потом снова шла работать, – простодушно затараторила Галя.
Позже Майкл Макилрот показал мне налоговые декларации. Из них следовало, что 9 лет из двенадцати в Италии Марианна Гринь работала в компании "Дженерал Электрик", временами зарабатывала больше, чем муж.
Конечно, в таких конфликтах у каждого – своя правда, нет безусловно правых и виноватых. Но я поняла, что уже не могу по-прежнему верить худенькой и похожей на подростка женщине, которая так беззащитно грела руки о кружку с кофе.
На войне как на войне
В июле 2008 года, рассказал Майкл Макилрот, он, вернувшись из очередной деловой поездки, обнаружил странности в их с женой общей медицинской страховке. Выяснилось, что Марианна предъявила страховой компании счета за 10 психотерапевтических сеансов, якобы полученных супругом. Деньги, 10 тысяч долларов, попросила перевести на её счет. Майкл не обращался к психотерапевту, он провел маленькое расследование и выяснил, что счета за мифические медуслуги на суммы в десятки тысяч долларов у жены были поставлены на поток. Среди её "лечащих врачей" была даже некая Елена Михельсон из Петербурга со стоимостью каждого сеанса в 8 с половиной тысяч рублей ("Фонтанка" не нашла этого доктора).
Почему в страховой компании не заподозрили неладное? Адвокату Макилроту крупно повезло. Под подозрение в мошенничестве мог попасть он, и тогда – прощай, карьера.
– Я адвокат, мой отец шериф, моя мама судья, а тут такие вещи! – сокрушается законопослушный американец.
Потом он обнаружил, что с их общего счета в Ситибанке (демонстрирует выписку) исчезли деньги.
Но "добило" его, продолжает американец, другое: просматривая документы страховой компании, он обнаружил, что жена закупала в огромном количестве сильный транквилизатор – лоразепам. Майкл испугался: не решила ли Марианна использовать лекарство для решения проблем в поведении старшего, какие бывают у многих подростков?
Cемейная жизнь треснула окончательно. Майкл подал на развод и потребовал единоличной опеки над детьми.
Для Марианны это было ударом: как всякая мать, потерять детей она не могла. И тут уж так: на войне – как на войне, за детей она сражалась, как тигрица.
– Я общалась через Интернет с другими мамами, у которых такая же проблема, и это мне очень помогло, – сообщила она.
Уезжая с детьми из Флоренции, она оставила в квартире Майкла, в которой жила в последнее время, свои бумаги. Среди них муж нашёл распечатку из Интернета: если вы сумеете доказать, что стали жертвой домашнего насилия, то суд обязательно оставит детей с вами. В другой бумаге, в письме Марианны адвокату, Майкл обнаружил фразу: Италия – единственная страна, где можно использовать травмпункт в юридических целях.
Фактически это было описание военной стратегии. Марианна с детьми стали завсегдатаями травмпунктов, детских врачей и полицейских участков. Но итальянцы упорно не давали использовать травмпункты в юридических целях. В конце концов, полиция обратилась с письмом к прокурору по делам несовершеннолетних: Марианна Гринь в течение двух лет десятки раз доставляла детей в отделения неотложной помощи, однако врачи не обнаруживали патологий, поэтому полиция предлагает поместить детей в более спокойную среду для их психологического и эмоционального развития.
В одном из последних судебных решений по заявлениям Марианны (причём выносила его женщина) сказано: наблюдение за семьёй показало склонность со стороны отца работать с детьми над поиском правильного пути к преодолению трудностей, а также тот факт, что в период, когда дети жили с отцом, улучшились их поведение и успеваемость. Поведение матери, говорится в решении, часто направлено на конфликт с окружающими. Подобные наблюдения сделали и эксперты-психологи.
- Действительно, когда дети жили с отцом, они были веселые, спокойные, учились лучше, - подтверждает учительница Яэль.
Марианна тем временем предъявила фотографии, на которых она изображена с разбитым лицом. И заявила, что от побоев мужа теряет зрение.
– Это очень странно, – удивляется Яэль. – В те дни я видела Марианну, она приходила в школу, но лицо у неё было совершенно нормальное. А вы не думаете, что это макияж?
Оказалось, что за день до "побоев" Марианна посещала дерматолога. Он выписал ей мазь, имеющую побочный эффект: покраснение кожи. Её обращение в клинику по поводу глаза дало только один результат: свое заключение врач снабдил пометкой "ненадёжный пациент".
Адвокат Макилрот, которому теперь приходится защищать самого себя от обвинений жены, нашёл старую медицинскую справку – ещё с тех времён, когда Марианна училась в Гарварде. Оказывается, заболевание глаза у неё нашли в юности.
И суд отдал отцу опеку над детьми. Для Италии это такое же исключительное явление, как для России.
Сироты флорентийские
– У сына недавно был день рождения, а он даже не поздравил его! – обличает Марианна мужа. – Мы не прячемся, он мог приехать в Россию! Но он пишет письма моим знакомым: "ах, я не знаю, где дети"… Да это всё театр!..
Я поджидала Майкла возле так называемой школы, в которой учатся его сыновья. Он надеялся увидеть детей, приволок полную сумку подарков, полдня торчал в фотосалоне – печатал снимки со своего айпада, чтоб отдать их детям, сбивал в стопку непослушные разнокалиберные листочки – письма от школьных друзей из Италии…
"Школа" оказалась "пансионом" – чем-то вроде интерната для проблемных детей, существующего на средства благотворительных организаций. Я обещала не называть адрес этого учреждения, в конце концов, воспитатели не виноваты, что Марианна Гринь поместила своих детей именно к ним. Точно в таком же "пансионе", только для девочек, живёт дочка. Стеночки, любовно выкрашенные розовой краской, бедненько, но чистенько, в столовой дают суп… Мама детей навещает, по вечерам они вместе ходят в бассейн, но домой она потом возвращается, как правило, одна.
Всё это потрясло Майкла: его жена увезла детей для того, чтобы поместить в "учреждение"! Так он выразился.
– Как?! Почему?! Почему мои дети должны жить там, разве они сироты?! Они могли жить в нашем доме, я специально перестроил его так, чтобы у каждого из детей была своя комната! – не может успокоиться он.
Он не может понять, зачем Марианна отдала детей в сиротские приюты.
- Она знает, что я буду действовать только по закону, через суды, поэтому я не верю, что она спрятала детей, чтобы я их не увёз, - качает он головой. – Я боюсь, что в непривычной обстановке поведение детей могло стать… Трудным… Может быть, ей проще, когда они живут в учреждении?
Встретиться с детьми он так и не смог. У меня на глазах его не пустили дальше порога. В частном разговоре одна из воспитательниц призналась: она понимает, что по закону должна разрешить отцу видеться с детьми, но на конфликт с госпожой Гринь идти не хочет. Максимум, на что она согласилась, – передать детям подарки на прошедшие дни рождения, фотографии и письма.
На обратном пути американец сиял: по сравнению с прошлыми приездами, когда подарки и письма он увозил обратно, налицо был большой прогресс.
Мама
В Калифорнии, которую от Петербурга отделяют 11 часовых поясов, живёт мама Марианны – Инесса Гринь. Она – советская журналистка, в 70-е годы уехала с дочерью из СССР. Я звонила ей, чтобы хоть кто-то подтвердил слова Марианны, раз этого не захотели делать её знакомые в Италии.
Звонила я с опаской: в суде Марианна заявила, что её мать не встаёт с постели и страдает болезнью Альцгеймера. Но мне ответила остроумная и веселая женщина. В свои 72 года она успешно осваивает компьютер, подаренный сыном – младшим братом Марианны. Общались мы по скайпу, и я видела эту чудесную, солнечную женщину с копной седых волос. Дочь она зовет по-русски – Марьяна.
– Марьяна ведь и со мной когда-то судилась, – грустно рассказала она. – Моему сыну было 13 лет, когда она захотела лишить меня родительских прав на него. Она заявила в каких-то органах, что я не кормлю её брата, а спит он на полу… Это было такое чудовищное враньё… Как мне было тогда плохо – вам не передать. Ведь я в то время помогала семье бывшего мужа, из Америки посылала его детям одежду, деньги… Они мне потом такие письма писали с благодарностью… И обвинить меня в том, что я собственного ребенка не кормлю!.. Знаете, она даже нашла ему приёмных родителей. Павлик до сих пор не может её простить…
– А зачем ей понадобилось это враньё? – удивилась я.
– Такой уж она человек, – пожала она плечами, укутанными в платок. – Вот вы говорите – болезнь Альцгеймера! А это она зачем сказала? Она ведь за все годы после замужества мне ни разу не позвонила…
В Россию, но без любви
Приехав в Россию, Марианна очень много общалась с журналистами, выступала по телевидению, обращалась во всевозможные общественные организации. И нигде никому даже в голову не пришло усомниться в её словах. За исключением разве что уполномоченного по правам ребёнка Светланы Агапитовой, которая выслушала обоих родителей. В её аппарате не стали принимать ни сторону матери, ни сторону отца. Но понять, что для детей лучше, в таких историях всегда непросто.
В России Марианне Гринь безоговорочно верят по двум причинам: она раз – мать, два – наша гражданка. И дети её – наши граждане. И неважно, что родились они в Штатах и в Италии, не важно, что в нашей стране живут несколько месяцев, а гражданству их – без году неделя. Кстати, отдельный вопрос, как Марианне, покинувшей родину больше 30 лет назад, удалось получить российский паспорт. Как известно, для тех, кто в нашей стране живёт постоянно, это процедура непростая, не слишком приятная, а главное – долгая. Для детей гражданство она оформила с письменного согласия Майкла, который, конечно, не мог предположить, как жена это использует, и до сих пор кусает локти.
Эта неординарная женщина знала, что делала. Она учла все ошибки, допущенные подругами по несчастью. Не только оформила российские паспорта, но даже позаботилась о квартире в Петербурге. Это не может не вызывать восхищения: она сражалась за детей. В конечном счете, она обязательно победит. Но победу ей обеспечат, увы, не столько её человеческие и материнские качества, сколько вновь приобретенное гражданство и особенности толкования законов в нашей стране.
Майкл Макилрот может набить чемодан решениями итальянских судов, но в России не будут их исполнять. Нет у нас такой практики. В конце января это подтвердилось: Городской суд Санкт-Петербурга отказал гражданину США Макилроту в иске, в котором тот просил нашу страну обеспечить исполнение решения суда Флоренции о его единоличной опеке над детьми. Правда, формулировка была такая: итальянское решение – временное, то есть не относится к категории таких, какие подлежат исполнению на нашей территории. Дескать, будет окончательное – милости просим.
– В нашем законодательстве нет такого понятия, как единоличная опека, – объяснила "Фонтанке" юрист аппарата детского омбудсмена Мария Грунтова. – Есть понятие – определение места жительства ребенка. Суд должен исходить исключительно из интересов детей, но если решение предполагает высылку российских граждан за пределы страны – большой вопрос, будет ли оно принято.
По всем европейским законам поступок Марианны – киднеппинг. В мае 2011 года Россия присоединилась к Гаагской конвенции, согласно которой должна трактовать это точно так же – как похищение. Теоретически детей должны вернуть к отцу. Но Марианна прекрасно понимает, что в России этого не произойдёт.
– Да, наша страна присоединилась к Конвенции, но в действие она пока не введена, – рассказала юрист Мария Грунтова. – Не прописаны механизмы возвращения детей на место жительства, не создан орган, который будет этим заниматься.
Теоретически Майкл Макилрот тоже может увезти детей из России. Хоть бы и в багажнике посольской машины, как это сделал бедолага Пааво Салонен. И такой поступок не будет считаться похищением, потому что у Майкла есть решение итальянского суда о единоличной опеке. Но Марианна всё предусмотрела: неспроста её дети живут в интернатах под круглосуточной охраной. Да и не выпустят отца с детьми из России: Марианна запаслась соответствующей бумагой из погранслужбы.
И даже упомянутый дипломатический скандал пойдет Марианне Гринь на пользу: вряд ли американское консульство еще раз рискнёт и сунется помогать Майклу Макилроту.
Выбирать между мамой и папой для детей – это заведомо неблагодарное и дурацкое занятие, понятно, что нужны оба. Но в таких историях, как эта, выбирать приходится не столько между родителями, сколько между государствами. Если детей Марианны Гринь оставят с ней в России, отца они, скорее всего, смогут видеть очень редко или не смогут видеть вообще. Если они будут жить с отцом, то Марианна вернётся в Италию или в Штаты. Скорей всего, у детей тогда будут оба родителя. Если, конечно, эти двое сумеют договориться друг с другом. Но хватит ли у российских судей мудрости и храбрости, чтобы понять это?
Особое мнение (вместо постскриптума)
Заранее предвижу возмущённые реплики наших патриотически настроенных сограждан: про "америкоса" проклятого, про храбрую русскую женщину, променявшую европы с америками на родные наши осинки…
Хочу обратить внимание вот на что. "Америкос" Майкл Макилрот воспринимает Россию с явным уважением – как цивилизованную страну, где споры можно решать только при помощи суда. Именно поэтому он терпеливо ездит в Петербург, судится, проигрывает и снова судится.
Российская гражданка Марианна Гринь, если судить по её поступкам, исходит как раз из того, что её драгоценная родина – страна дикая, неумная, где на законы поплёвывают, где журналисты пишут под диктовку того, кто громче рыдает. И поэтому родиной можно пользоваться, как угодно.
Лично вам кто симпатичнее?
Ирина Тумакова, "Фонтанка.ру"